Даша

Мой будущий работодатель поставил условие: незамужним девушкам, да еще и с ребенком, нет места в фирме. Нужно было сразу отказаться от этой затеи и махнуть рукой, но я не из тех, кто сдается на полпути. Поэтому попросила бывшего одногруппника жениться на мне. Понарошку. Нашим родным так понравилась эта идея, что они решили сыграть настоящую свадьбу. Вот только дальше все пошло не по плану, потому что первая брачная ночь у нас вышла самая настоящая.

Я задираю ему футболку и вздрагиваю: — У тебя швы разошлись. В больницу надо. — Нельзя в больницу, девочка, — мужчина дышит часто. — В меня стреляли и, вполне возможно, ищут. — Ты что-то натворил, да? — мне становится еще страшнее. — Я не знаю. Я ничего о себе не помню. — Оу… Даже как тебя зовут не знаешь? — Ничего. Совсем, — проводит языком по бледным губам и закрывает глаза. Я дура, каких поискать — пустила домой незнакомого мужика с дыркой от пули в боку. Не могла бросить его...

Снова этот запах — сладкий, вкусный. Не глядя в глазок, открываю входную дверь. — Привет, — подмигиваю хозяйке аромата. Красивая… в ситцевом халатике. Она смотрит на меня из-за порога соседней квартиры. Бледная, испуганная. Есть чего бояться, рожа у меня сейчас та ещё… — Здравствуйте, — красавица едва шевелит губами. Стоим, смотрим друг на друга. Молчим. И тут соседка оживает — вздрагивает и захлопывает железную дверь. Правильное решение с её стороны. Я был зависим. Теперь я...

Я Эль Дио, жрица уничтоженного культа истин. Хотя какая жрица без культа, храма и последователей? Нет, я просто рабыня и служанка. Живу отныне в самом сердце империи магов. Господин у меня оказался непростой. Он — само олицетворение всего того, что я ненавижу. Генерал Риган Соул. Как о нем говорят — великий маг, гениальный стратег, бесподобный воин. А как по мне, обычный убийца, тиран, бесчувственный монстр.

Мой будущий босс меня похитил! И сделал своей. Помощницей. Личной. Очень личной. Все нормально устраиваются на работу, а у меня все через баню. Мой начальник. Он жесткий, он грубый, он язва. И почему все считают его потрясающим?

Заключая пари с лучшим другом, Дима Довлатов рассчитывал на веселое приключение. Без денег и связей в столице. Как десять лет назад. Выжить в Москве. Откатиться на заводские настройки. Испытать себя на прочность. Но все пошло не по плану в первый же день. Без работы, без жилья, почти без денег, голодный и отчаявшийся, Довлатов вынужден просить помощи у незнакомки. Диме придется не просто выживать, но и бороться за любовь.

Что делать, когда унизил девушку на глазах у всего стадиона, но потом узнал, что это та самая таинственная незнакомка из переписки? Я был в неё влюблён, пускай и заочно. А теперь она ни за что меня не простит и не подпустит к себе. Переболеет, переплачет и гордо войдёт в новый день, только уже без меня. Отмотать бы всё немного назад, но слишком поздно. Слова сказаны, их невозможно вернуть. Ненависть хорошо закрепилась в девичьем сердце. Но ведь говорят от ненависти до любви один шаг… Поможет...

Потребность в деньгах толкает меня устроиться личным помощником крупного политика, бывшего братка из девяностых, сидевшего в тюрьме за убийство. Во избежание домогательств со стороны его ненасытной натуры, я выдаю себя за страшилище, тщательно уродуя свою внешность париком и бабушкиными очками. Но это спасает меня не на долго…

– Я невеста твоего сына! Отпусти меня! – Пока ещё не невеста, – прижимает меня к стене. – Я хочу уйти. – Не уйдёшь, – Амир наклоняется ещё сильнее. – Я ещё не насладился твоей компанией. Как три года назад. У тебя кто-то был после меня? Я молчу. Мужчина отрывается от меня и переводит жгучий взгляд на моё лицо. – Второй вопрос. Подаётся вперёд. Несколько миллиметров разделяют наши губы. И я задыхаюсь. От близости. От вопроса. Который он чеканит мне в лицо: – Где. Мой. Ребёнок?

Александр Зубарев в прошлом - профессиональный спортсмен. В настоящем же - мужчина, прикованный к инвалидному креслу. Анастасия Крамская - медсестра, которая очень сильно нуждается в работе, потому что на руках у неё родные, полностью зависящие от неё. Кем станет она для Александра? Сиделкой, которую он не хочет видеть рядом, потому что это слишком унизительно, и делает всё, чтобы она исчезла из его жизни? Или анестезией, способной утолить боль? И его, и свою… Содержит нецензурную брань.