Начинался 171 год.
И над молодой державой Берослава сгущались тучи.
В полный рост поднимался вопрос о самом факте ее существования. Как в войне, так и в победе...
На дворе 168 год. Конфликт с роксоланами доходит до критического состояния.
Беромир с горсткой воинов оказывается один на один с несоизмеримо более могущественной силой. А отступать ему некуда - позади... да нету там ничего за спиной. Не устоишь - и тебя не будет. Уж недруги постараются...
Приключения обновленного Льва Николаевича продолжаются.
Вызвав сильное раздражение Николая I он все ж таки привлек его внимание.
Но бойтесь внимания власть предержащих. Оно может принести вам как величайший взлет, так и столь же губительное и разрушительное падение...
На словах он Лев Толстой, а на деле... кхм... тоже.
Так получилось.
После аварии на темпоральном ускорителе мужчина очнулся в теле молодого Льва Толстого. Совсем юного еще. Писать книг он не умел да и не хотел, но у него были другие знания и умения... чтобы добрым словом и револьвером менять ход истории.
И он это сделает, потому что может.
Я лёг в свой склеп передохнуть на пару десятков лет, но когда проснулся, прошли века.
Мой замок разрушен, клан исчез, а некромантов все считают детской сказкой.
Меня принимают за лекаря.
А всё потому, что мир болен.
И пришло время сильнодействующих средств.
Я лёг в свой склеп передохнуть на пару десятков лет, но когда проснулся, прошли века.
Мой замок разрушен, клан исчез, а некромантов все считают детской сказкой.
Меня принимают за лекаря.
А всё потому, что мир болен.
И пришло время сильнодействующих средств.
Я лёг в свой склеп передохнуть на пару десятков лет, но когда проснулся, прошли века.
Мой замок разрушен, клан исчез, а некромантов все считают детской сказкой.
Меня принимают за лекаря.
А всё потому, что мир болен.
И пришло время сильнодействующих средств.
Я лёг в свой склеп передохнуть на пару десятков лет, но когда проснулся, прошли века.
Мой замок разрушен, клан исчез, а некромантов все считают детской сказкой.
Меня принимают за лекаря.
А всё потому, что мир болен.
И пришло время сильнодействующих средств.
Я лёг в свой склеп передохнуть на пару десятков лет, но когда проснулся, прошли века.
Мой замок разрушен, клан исчез, а некромантов все считают детской сказкой.
Меня принимают за лекаря.
А всё потому, что мир болен.
И пришло время сильнодействующих средств.
Я лёг в свой склеп передохнуть на пару десятков лет, но когда проснулся, прошли века. Мой замок разрушен, клан исчез, а некромантов все считают детской сказкой.
Меня принимают за лекаря.
А всё потому, что мир болен.
И пришло время сильнодействующих средств.