Татьяна

Я боролась с болезнью мужа целый год, спасая его от смерти и инвалидности, а он отплатил мне изменой. Я не простила, и теперь мне придётся бороться за себя. И я не собираюсь проигрывать, я буду счастлива. — Я не хотел, чтобы ты узнала вот так. — А как ты хотел? Собирался прийти и честно рассказать? Нет, ты прячешься со своей девкой по примерочным. После всего, через что мы прошли. После… — После того, как ты меня на ноги подняла? — резко спросил он. — Ты это хотела сказать? Я заткнулась, как...

Мой муж построил дом нашей мечты своими руками. Жаль, что для меня в этой мечте не осталось места, всё было занято работой и бывшей, к которой он мчался по первому зову. «Спасибо за потрясающую ночь. Я так рада, что мы снова вместе». Сообщение, которое она ему прислала, поставило точку в наших отношениях. Он говорит, что это ошибка, но была измена или нет, я больше не хочу быть второй. Через две недели нас разведут, но осталось одно дело: дом, который нужно довести до ума, продать и...

«Дочери твоего мужа сегодня исполнилось три года. Приедешь поздравить?» Смотрю на фотографию, где мой муж держит на руках маленькую девчушку в красном платьице и дарит ей ласковую улыбку. Руки трясутся. В глазах плывёт. Это просто чья-то злая шутка… — Загадывай желание… — слышу родной любимый голос, и внутри всё обрывается. — Хотю, чтобы папоська жил с нами! — лепечет девчушка и задувает свечки на торте. К моему мужу подходит высокая блондинка, кладёт руку ему на плечо и улыбается, а я...

Она думала, что любовь — это умение терпеть. Прощать. Быть рядом, даже когда тебя не замечают. Она думала, что если стараться сильнее, всё наладится. Она думала, что крошки на сиденье — это просто крошки. Пока не поняла, что дело не в крошках.

- …ты просто выбрасываешь меня на улицу? Ты… - Галя, не драматизируй, – жестко пресекает мое блеяние муж, – Это развод, а не конец света. - Да, мам! Старший сын чуть вытягивает шею и кивает пару раз. - Никто не выбрасывает тебя на улицу. Просто так будет лучше всем, пойми правильно. Настя крутая девчонка, и папе с ней очень хорошо. - А со мной, значит, плохо… - Не то чтобы плохо…- сын тянет, явно не зная, какое слово подобрать, но муж жестко его пресекает. - С тобой я задыхаюсь и будто...

В её шкатулке — театральный билет пятилетней давности, хрупкий засушенный цветок, одинокая мужская запонка и… фотография девушки, перечёркнутая красным. В его жизни — престижная работа, уважение коллег, красивая любовница и… больная жена, которую он не может бросить. С женой — жалость и тихое удушье вины. С любовницей — глоток воздуха и пьянящая иллюзия свободы. И каждый день — выбор, что всё больше напоминает ловушку. Но однажды он находит её шкатулку…

- Значит, ты здесь работаешь, Эльза? - он заговаривает первым. Так и знала, что Алекс Щербинский не помнит мое имя. - Элина. - Я в курсе, как тебя зовут, - он смотрит на меня в упор. - Но Эльза тебе идет больше. Слишком голубые глаза. Чувствую, как краснею. - Да, я работаю здесь, - включаю профессиональный тон. - Как вам наше кафе? Понравился кофе? - Кофе действительно вкусный, - Алекс кивает. - Буду заходить к вам почаще. Щеки горят еще сильнее. - Да, конечно, будем рады вас видеть, -...

— Я беременна от твоего мужа, Ир. Его напарница, кладёт передо мной заключение и улыбается. Сдерживаю слёзы. — Посмотри на дату. Тогда мы с Аланом жили вдвоём в тренировочном модуле. — Только работали! — Не только… — говорит она с усмешкой. До старта ракеты остаются минуты. Я бегу к мужу, надеясь услышать, что она врёт. В голове одно: «Умоляю, скажи, что это всё какая-то шутка!» Но муж говорит: — Да, я тебе изменил. Только не устраивай сцен. А потом бросает: — Я дал тебе всё. Без меня...

Мы тайно женаты уже год. Никто в офисе не знает. Но сегодня я влетела не в ту дверь — и мой начальник отдела при всех обозвал меня бестолочью. А потом мужчина во главе стола спокойно сказал: — Прошу прощения. Это я попросил жену принести документы. Чёрт возьми. Лучше бы я стерпела ту выволочку.

— Марина, я все объясню… это ошибка — Мама, я хотел рассказать… я не знал, как.. Но я их не слышала. Внутри меня что-то оборвалось. Та тонкая струна, что двадцать пять лет играла мелодию любви и доверия, лопнула с оглушительным звоном, который слышала только я. Боль была физической, она скрутила мои внутренности в тугой, раскаленный узел. Мне хотелось закричать, бить посуду, вцепиться в лицо мужу… Вместо этого я присела на корточки, заглянула в заплаканные, испуганные серые глаза дочери моего...