Ирина

— Честно говоря, я хотела врезать тебе, и не раз. Когда человек, которого боготворила в детстве, становится твоим тренером, предполагается, что это будет величайшее событие в жизни. Ключевое слово — «предполагается». Не прошло и недели, как двадцатисемилетняя Сал Касильяс задумалась о том, что же она вообще нашла в иконе мирового футбола. Почему у нее на стене висели его плакаты, и почему представляла, как выйдет замуж и родит ему детей-суперфутболистов. Сал уже давно пережила худший разрыв...

— Я тебя забираю. Будешь жить со мной, — шипит он и наступает на меня тяжелой поступью. — Час расплаты пришёл. — Нет. Я не хочу быть с тобой. Отпусти! — кричу, что есть силы, упираясь руками о его грудь. — Ты сама вырыла для себя эту яму. Отбыв срок, он вернулся, и теперь его главное желание — наказать тех, кто его подставил. Он думает, что это сделала я, но ошибается… Я бы никогда не предала отца моего ребёнка.

Ему плевать на всё. Он живёт в кайф, от души наслаждаясь беззаботной жизнью, разбрасываясь деньгами папочки-олигарха направо и налево. Но как повернётся его судьба, если в один миг он, находясь в алкогольном опьянении за рулём, совершит страшный поступок? Искалечит жизнь невинному человеку... Девушке. Которая, по его вине, станет на всю жизнь прикована к инвалидному креслу, у которой он отнимет всё. Её надежду, её мечты, её будущее. А сам… сам скроется с места преступления.

Поездка на конференцию стала для меня падением в страшную пропасть. А знакомство с умопомрачительным незнакомцем у побережья Чёрного моря — не более чем случайной связью на одну ночь. Но ещё хуже было осознать то, что незнакомец, нагло притворившийся нищебродом-барменом, работающим на территории отеля, оказался моим боссом-миллионером. Через месяц тест на беременность показал две полоски. Босс отказался признавать ребёнка. Он гадко рассмеялся мне в лицо утверждая, что я просто наглая аферистка,...

Руслан вышел из тюрьмы и задался одной целью — начать новую жизнь. Он поклялся не приближаться к той, которую когда-то любил, но одно известие рушит все благие намерения. Теперь Виоле придется вспомнить о его существовании…и понять, что не стоило обманывать садиста.

Золушка, сбежав от принца, забыла туфельку. Я, убегая утром из квартиры знаменитого журналиста, красавца и сердцееда Романа Воинова, умудрилась забыть трусы. Еще я забыла наше знакомство и совершенные им эротические подвиги. Ничего страшного, но кое-кто, оказалось, с этим категорически не согласен.

— Мне нужны жена и ребёнок, — заявляет Исаев. — Поздравляю. Я причём? — скрещиваю руки на груди. — Ты не забыла, что я отец твоего сына? — У меня дочь! — еле сдерживаюсь, чтобы не вцепиться ему в рожу. — Плевать, — отмахивается, — Ты должна выйти за меня. — Или что? — Или твоя жизнь превратится в ад. И ребёнка ты не увидишь... Несколько лет назад он оказался не готов к трудностям. Исчез, уничтожив меня. А сейчас вернулся и выдвигает свои условия, не отставляя мне путей отхода. История...

В прошлом году, когда мы с Джексоном поженились, мы дали друг другу обещание, что будем вместе навсегда. Сейчас мы в ожидании нашего первенца, и это только усилило нашу любовь и преданность друг другу. Мы были счастливы и не могли представить ничего, что могло бы нас разлучить. Но затем произошло кое-что неожиданное. Мы оба были огорошены этим. Внезапно в нашей жизни вновь появились люди, которых мы совсем не ожидали увидеть снова. Они принесли с собой тайны, которые, как мы считали, уже были...

Я любил ее с тех пор, как нам исполнилось по семь лет. Мы были лучшими друзьями. Мы даже заключили договор, что поженимся, если к тридцати годам будем свободными. Я рос, думая, что буду любить ее всю оставшуюся жизнь. Но я ошибался. Потому что в первый раз, когда я занимался с ней любовью, я ее возненавидел. Это был первый раз, когда она сделала мне больно, и первый раз, когда я не хотел иметь с ней ничего общего. И сегодня, спустя девять лет после того дня, который сломал нас обоих, нам...

Мы были лучшими друзьями, сколько я себя помню. Мы вместе выросли. Мы были соседями. Мы делились самыми сокровенными тайнами. Когда мне было тринадцать, мы заключили договор: если в тридцать лет мы все еще будем холосты, то мы вступаем в брак друг с другом. Сегодня мой тридцатый день рождения. Я не замужем. И знаю, что он тоже не женат. Но мы больше не были лучшими друзьями. И часть меня знала, что он меня ненавидит.