Попаданка вся сияла. Надо сказать, за неделю она преобразилась, волосы приобрели ровный светлый оттенок, косметики на лице не было, она даже стала похожа на нормального человека, точнее, на очень привлекательную девушку
Рассказывая все это, магистр стремительно двигался вперед, мы едва поспевали за ним. Даже по сторонам некогда было смотреть. Вопросы никто не задавал, да и не о чем спрашивать, и так все понятно объяснили. Еще бы шел учитель помедленнее, цены бы ему не было. Зато хоть один плюс, все быстро проснулись.
Бросила взгляд на Айтарину. Она наблюдала за нашим разговором, и столько в ее глазах было ненависти пополам со злорадством, что впору конфетами ее кормить, чтобы притупить ярость. Но конфет с собой не было, да и подходить к этой девице не хотелось.
Каждый начал излагать свои ощущения. Когда очередь дошла до меня, хотела сначала соврать, так как то, что «видела» я, разительно отличалось от услышанного. Мою заминку заметили.
Предчувствия меня не обманули. Нас привели в кабинет, уставленный накрытым статуями. На всякий случай я старалась держаться позади всех. И не прогадала.
– Молодцы! Лица всего лишь бледноваты, обычно после некромантии новички долго радуют окружающих свежей зеленью, содержимым желудка и безумным взглядом, а вы ничего так держитесь, уважаю. Как вам трупы?
Она посмотрела на Горитора так, словно ждала от него одобрения. Я отметила это вскользь, не став заострять внимание. К тому же вопрос девушки заинтересовал и меня. Сама бы не рискнула, не по мне эта возня с костями, но от такого слуги не отказалась бы
– Не обращай внимания, она сегодня на всех бросается. Каждый выплескивает стресс как может, Айтарина вон как собака лает на всех, – произнесла я с долей снисхождения и тут же спросила: – Так зачем тебе некромантия? И да, после нее нам нехорошо. Потому и цвет лица такой
Парень вызывал глухое раздражение. Не услышь мы его разговор с Айтариной, может, и не было бы такого неприятия, но так как я знала его намерения, желала не только держаться от него подальше, но и врезать хорошенько, чтобы даже подойти ко мне не мог.
Только маркиз не сдавался, приобнимал меня за талию, едва не прижимаясь. Наверное, злость придала сил. Резко выдохнув, оттолкнула его и процедила: – Не смей ко мне лезть, мне неприятно.