— Чей это ребёнок? Не могу отвести взгляда от спящей в коляске малышки. — Неважно! — бросает Надя, пытаясь прикрыть собой девочку. — Уходи сейчас же! — И не подумаю! — Тогда мы уйдем, — заявляет она. Хватает коляску, намереваясь сбежать от меня опять. Останавливаю ее, схватив за ручку коляски. — Надя, это ведь не моя дочь? Ты ведь не сбежала от меня, будучи беременной? — Даже если так, что с того? Уйдешь? Уходи! — с вызовом произносит та, что раньше даже и в мыслях себе такие разговоры...
Я был пенсионером, ветераном КГБ, жившим воспоминаниями о стране, которую мы потеряли. Знал, где мы свернули не туда. Помнил многих — кто предал, кто ошибся, а кто просто промолчал.
И вот у меня появился второй шанс - я очнулся в молодом теле личного телохранителя Л.И. Брежнева.
Синицына Ольга в 2022 году считала себя вполне успешной. Парашютный спорт, паркур, единоборства, рестораны, коньяк, шампанское, жизнь на всю катушку. И работа та, которая нравилась — телохранитель. Но в один прекрасный день, как это бывает в книгах о попаданцах, однажды проснувшись утром, обнаружила себя в теле скромной тихой девочки, десятиклассницы, в далёком 1977 году. Полное незнание реалий того времени заставляет попадать переселенку в комические и совершенно нелепые ситуации. Вы...
Я был пенсионером, ветераном КГБ, жившим воспоминаниями о стране, которую мы потеряли. Знал, где мы свернули не туда. Помнил многих — кто предал, кто ошибся, а кто просто промолчал.
И вот у меня появился второй шанс - я очнулся в молодом теле личного телохранителя Л.И. Брежнева.
— Я что-то не поняла, а это что за вещи? — Они мои. Разве Егор не сказал тебе, что я буду жить с вами? Свекровь мило улыбнулась, пока я пребывала в полном шоке. — А вы не хотите у меня спросить разрешение? — Зачем? Егор же разрешил. Мы с ним решили, что будем сдавать мою квартиру, чтобы было больше денег. Ну и заодно я буду помогать тебе по дому, раз ты не справляешься своими силами. — Нет! Я против! — Оля, тебе уже давно пора понять, что мы одна семья. И невежливо в таком тоне...
Я был пенсионером, ветераном КГБ, жившим воспоминаниями о стране, которую мы потеряли. Знал, где мы свернули не туда. Помнил многих — кто предал, кто ошибся, а кто просто промолчал.
И вот у меня появился второй шанс - я очнулся в молодом теле личного телохранителя Л.И. Брежнева.
Я был пенсионером, ветераном КГБ, жившим воспоминаниями о стране, которую мы потеряли. Знал, где мы свернули не туда. Помнил многих — кто предал, кто ошибся, а кто просто промолчал.
И вот у меня появился второй шанс - я очнулся в молодом теле личного телохранителя Л.И. Брежнева.
Я был пенсионером, ветераном КГБ, жившим воспоминаниями о стране, которую мы потеряли. Знал, где мы свернули не туда. Помнил многих — кто предал, кто ошибся, а кто просто промолчал. И вот у меня появился второй шанс - я очнулся в молодом теле личного телохранителя Л.И. Брежнева. Вопрос в том, как теперь распорядиться своими знаниями? Молча наблюдать, не вмешиваясь? Осторожно подправлять детали, надеясь, что этого хватит? Или пойти ва-банк — и бросить вызов самому ходу истории? Это не...
Нельзя так эксплуатировать отзывчивость читателей . Надрыв, психологическая акробатика на костях нечестный способ повышения рейтинга. Великолепная оценка в одном из отзывов: дурью маются потому что"скорбей мало".
— Ал, ты для меня всегда красивая, нужная и любимая. — Самая? — Самая, — не раздумывая, отвечает он, поскольку не улавливает никакого подвоха. — Среди скольких? Стас дёргает головой, как будто я ударила его этим уточнением. — Ты одна такая, ничего не изменилось. — Ничего не изменилось. Просто ты мне изменил, только и всего. *** После семнадцати лет брака я узнаю сразу две вещи: сюрпризы бывают крайне неприятными, а два вечных риторических вопроса «кто виноват?» и «что делать?»...
— Как ты могла так поступить со мной?!
Мой муж никак не ожидал, что забитая домашняя мышка способна на месть. Он был уверен, что я все проглочу. Что и дальше буду послушной и удобной. И стерплю его предательство — ради детей.
— Ты изменял мне много лет. Ты постоянно врал…
Он просто отмахивается от моих слов.
— Я люблю только тебя! Для меня семья — самое главное.
Неужели он, и правда, говорит это? После всего, что было…