Lora

— Хороший у Верки муж. Каждой бы такого. — Муж? — фыркает подруга, а потом наклоняется ко мне и шепотом произносит: — Нет у нее никакого мужа. Она закрутила роман с состоятельным женатым кобелем. Родила ему сына, чтобы никуда не делся. Только он-то тоже не дурак. Разводиться не спешит. Говорят, что акции компании жене его принадлежат, а не ему. Поэтому и не уходит от нее. Я застываю с чашкой в руке, смотря на Настю. Слишком много совпадений. Три дня назад мой муж заговорил о передаче...

— Поживее можно? Блондинка с откровенно надутыми губами недовольно смотрела на меня из-под наращенных ресниц. — А повежливее можно? — парировала холодно. Рассчитав её, проводила взглядом. Девица подошла к машине, мой взгляд опустился на номера, и сердце резко дрогнуло. Номера были мне знакомы. Ключи от этой машины я видела у своего мужа и наивно думала, что он готовит мне подарок на годовщину… Выйдя из магазина, я подобралась ближе, чтобы увериться, что не показалось. Блондинка стояла ко...

— Заткнись и слушай, — рычит мужчина, с которым я связана "пока смерть не разлучит нас". — Ты отправляешься в Обитель Обреченных. Сделай так, чтобы я о тебе больше не слышал. Я попала в мир, где меня за человека не считают. Здесь я всего лишь призванное для дракона магическое зеркало. У меня нет права на свою жизнь, семью и счастье. Так думает тот, кому Драконий бог послал меня, кто, привязав к себе душой и телом, отправил меня в место, из которого не возвращаются. Но этот же бог дал мне шанс...

— Пока я лежала на сохранении, ты заделал ребенка на стороне! И восемь лет его скрывал! Мой голос срывается, я говорю и сама поверить не могу своим словам. — Злата, не кричи. Я просто содержу пацана и все! — Это меня успокоить должно?! Муж подходит ближе, кладёт руки мне на плечи, мягко говорит: — Послушай, у меня с этой женщиной ничего нет… — С этой — нет? А с другими? Невольно вырвавшийся вопрос неожиданно попадает прямо в цель… *** В день, когда я увидела у перехода несчастного...

— Мне давно неприятно прикасаться к тебе, — презрительно говорит. Нет, цедит сквозь зубы. — У тебя не кожа, а сухой пергамент… Я будто с мумией ложусь в кровать. Прикрываю дрожащими пальцами рот, чтобы не закричать, не завыть. — Ты же знаешь… У меня гормональный сбой… Я же лечусь, Паша…Доктор сказал... — Ты сама просила поговорить, — взрывается его высокомерный смешок. — Сама спросила, что не так. Я тебе ответил честно и без лжи. Ты постарела. Закрываю глаза. Кутаюсь в шаль и отворачиваюсь от...

— Красивые украшения, — проговорила я, едва держа себя в руках. — Муж подарил? На моей подруге красовался, переливаясь в свете ламп, дорогостоящий ювелирный комплект: ожерелье, серьги, браслет и кольцо. Она тонко улыбнулась: — Это от любимого. Я уловила смысл ее ремарки. Я видела этот комплект прежде… На днях я нашла его, запрятанным среди вещей своего мужа, и думала, что это подарок на Новый год для меня… Но мне муж подарил в итоге только измену.

— Нам надо серьёзно поговорить… крестная. Я с удивлением посмотрела на свою десятилетнюю крестницу, которая произнесла эти слова очень строго и торжественно. Это вызвало невольную улыбку, но я постаралась поддержать её важный и деловитый тон… — Ну хорошо, — произнесла как можно серьёзнее. — Говори. Однако после следующих её слов мне стало совсем не до шуток… все внутри похолодело, когда она внезапно выпалила: — Я все знаю. Ты украла моего папу! И ты должна нам с мамой его отдать! Я пробыла...

— Да, изменил, — буднично сказал муж и положил рубашку в чемодан. — Нет, ты не мог, — задрожали мои губы. — Мог. Я изменил тебе, Зои — повторил муж и закрыл чемодан. Двадцать пять лет брака, серебряная свадьба. Свадебное путешествие на двоих. Взрослая дочь. И его слова… — Почему, Виктор? — я прижала ладонь к груди, стараясь унять боль. Муж вскинул бровь, наклонился и поднял мое платье, выпавшее из онемевших рук, а потом пожал плечами и просто сказал: — Не чувствую ничего больше… А я...

— Молодец, сынок, что нормальную девушку нашел! А то грымза эта твоя старая ни на что уже не годится. А молодую взял — и под себя воспитать можно… — Мама, замолчи, прошу, — слышится в ответ требовательный голос Коли. — Я же говорил уже — Ксюша ничего не должна знать… А у меня с губ истеричный смешок срывается. Ведь грымза старая, по мнению свекрови — это я. Хотя мы ещё посмотрим. И кто тут грымза, и кто старая. — Ну зачем же молчать, — вмешиваюсь в разговор, появляясь перед ними. — Мне тоже...

— Да, я встречаюсь с другой женщиной. И что? Муж настолько нагло признает измену, что все, что хочется мне — это дать ему по лицу. А он продолжает: — Мне просто стало скучно! Ты сама стала скучная, Лиза! Дети, работа, дом! С тобой и поговорить не о чем! — А с размалеванной девицей невысокой морали, значит, есть о чем? — А с ней разговаривать и необязательно! Она для другого нужна… Муж заявил, что в браке, в котором я родила двоих детей, ему стало скучно. Что ж, я знаю, как устроить ему...