- Итак! — мужик нетерпеливо смотрит на свои дорогущие часы, — У нас скоро свадьба! Поехали!
– К-куда? Какая свадьба? – у меня аж сердце в пятки.– Хочешь спасти девочку от детдома – собирайся! У тебя двадцать минут!
Мы с сестрой просто хотели пошалить, а теперь меня ждет фиктивный брак с богатым незнакомцем.
- Вы уверены, что у вас есть опыт общения с детьми? – строго смотря на меня, спрашивает у меня Дмитрий. - Но ведь мы ничего такого и не сделали. – гляжу на него оленьими глазками, а его дочь все сильнее прижимается ко мне. - То есть беспорядок, что вы устроили на кухне – это ничего не сделали? – его возмущению не было предела. Еще немного и взорвётся, словно воздушный шарик. - Но я хотела пиццу, – пропищала снизу Таня. - Я все уберу. – говорю следом лишь бы он больше не смотрел на меня так...
Произведение на любителя. В диалогах очень четко прослеживается характер главных героев. Циничных, скупых на эмоции, твердых характером и духом, практически безэмоциональных. Но в то же время готовых защищать свой дом и своих близких.
Варвара Соколова привыкла бороться за чужие жизни. Она фельдшер, женщина с тяжёлым прошлым и руками, которые помнят слишком много смертей. Но однажды она приходит в себя на ледяном берегу - связанная, избитая, в чужом теле. Здесь её зовут Лив Торстейндоттир. Здесь её считают ведьмой. И здесь её уже ведут топить. Суровый ярл Эйрик Ульвссон готов исполнить приговор, пока в его доме не начинает умирать маленький сын. В мире, где болезнь называют гневом богов, только Вара понимает, что ребёнка...
‒ Ты и раньше была не идеал, а сейчас ещё и с прицепом! Да в твою сторону ни один нормальный мужик не посмотрит, ‒ заявил мне бывший жених и добавил с издевкой. ‒ Толстая баба с чужим детским садом. Недолго думая, я взяла молоток в руки и выставила, пригрозив. ‒ Пошёл вон! А вернёшься, я тебе мозги‒то вправлю. Да я не худышка и в одночасье стала многодетной мамочкой, получив опеку над племянниками. Но мне вообще мужик и не нужен. А если что почить? Так я вызову мужа на час и все дела! ...
Дано: один перманентно мрачный батя-одиночка, у которого в комплекте к не-пойми-в-кого-сыну имеется чудящий отец; одна бодрящаяся мама-одиночка, у которой в комплекте к неуправляемому оторве-сыну имеется властная мать.
Вопрос: Смогут ли эти двое хотя бы разок остаться наедине, чтобы что?
Решение: А прошу за мной. У меня оно имеется.
Простые люди. Непростые семьи. Простая любовь. А о чем еще писать в наше непростое время?