Ирина

Что может пойти не так, когда парень просит тебя притвориться его невестой? Я выяснила! «Не так» пойдет решительно все! Ведь меня о таком одолжении попросил не просто парень, а король факультета некромантии. Он красив, обаятелен, знатен и думает, что делает выгодное предложение скучной сиротке. А я думаю, что у него будут большие проблемы с родственниками, если он приведет в свой родовой склеп, эээ, то есть замок, меня — дочь из рода живой магии.

Я попаданка! И досталось мне тело принцессы. Вот только несуразную, наивную толстушку во дворце ни во что не ставят и даже подруги насмехаются, а слуги жалеют. Жених и вовсе изменяет, ничуть не скрывая своего отношения! Уверен, что влюбленная дурочка никуда не денется. Но на ее месте теперь я. А значит, жениха куда-нибудь денем, недостойных разгоним, во дворце порядок наведем. Я планирую жить весело и хорошо, пока не доберусь до местной богини. Говорите, она желания исполняет?

— Ты, как умная женщина, — сдавливает мою шею в горячих стальных пальцах сильнее, — ведешь себя тихо. Не дергайся, дорогая. Это всего лишь развод. — Не надо… — хрипло и сдавленно прошу я. — Отпусти... — Терпеть твои истерики никто не будет, — щурится, и в зрачках моего мужа Марка вспыхивает недобрый огонь, — они меня утомили за эти тридцать лет. Теперь будет все иначе. В глазах темнеет. Руки слабеют, а ноги подкашиваются. — Папа ведь прав, — тихо говорит в стороне наша старшая дочь Яна, —...

Руки затряслись. Датчик, контролирующий выброс гормонов пикнул. Медсестра подняла глаза, посмотрела на маленький экран, стоящий у кушетки и холодно сказала: – Успокойся. Можно подумать, тебя первый раз поимели. В любой другой ситуации я бы огрызнулась, попробовала поставить сотрудницу клиники на место. Но не сейчас. Сейчас я была раздета и беспомощна. Оставалось молиться, чтобы мое ДНК не подошло для размножения с хаятами. По спине побежали капли холодного пота. Раньше, когда я...

— Зачем ты вернулся? — я пытаюсь отстраниться, но он не отпускает меня. — Мы уже давно чужие друг для друга. — Ты же понимаешь, что тогда я не мог поступить иначе? — отвечает он. — Мне уже давно всё равно, я не люблю тебя. — Ты сильно ошибаешься, и я сделаю все, чтобы доказать тебе обратное. Тот, о ком я хотела навсегда позабыть, неожиданно ворвался в мою жизнь. Вот только я не собираюсь снова открывать ему свое сердце, да и сделаю все, чтобы он никогда не узнал, что у моего сына его глаза. ...

В жизни я по-настоящему ненавижу три вещи: жару, бабников и пауков. Наверное поэтому после похищения я очнулась в гареме наследника черных Арахнидов, на одной из самых жарких планет вселенной. Бинго! Осталось решить, что с этим всем делать. А главное, как избавиться от статуса паучьей наложницы, пока меня не сожрала будущая жена падишаха. Или его многочисленные любовницы.

Измена мужа стала для меня потрясением. Мне почему-то никто не сказал, что парность у оборотней не равна любви и верности. Я сбежала из стаи, сама разорвала связь с оборотнем и начала собирать себя по частям: сменила прическу, сняла квартиру, устроилась на работу. Секретарем. Ночным секретарем. К вампиру... К вампиру, от которого за год сбежало двенадцать дневных помощниц, и которого сама Луна прокляла за невыносимый характер!

- Любимый, ты так молчалив… Что-то случилось? Салман, словно погружённый в свои мрачные мысли, прерывает её вопрос, произнося слова, которые разрушают её мир. - Мне нужно сказать тебе кое-что важное, Лейла… Это очень важно. Ты знаешь, как я тебя люблю, но мы не можем иметь детей. Я больше не могу ждать чуда. Я… я собираюсь взять вторую жену. В сердце Грозного разыгрывается драма любви и предательства, где выбор, сделанный ради долга и традиций, становится причиной глубочайших страданий. ...

— Это твой ребёнок, Влад. — Ты уверена? Может, это кто-то другой постарался? — Как ты можешь так говорить? — Легко, — он усмехнулся. — Мне не нужен твой ублюдок. — Ты серьёзно? — Абсолютно. Когда мне понадобится наследник, я женюсь на достойной женщине. А это — ошибка. Исправь её. — Ты чудовище… Я сказала ему, что жду ребёнка. Его ребёнка. Влад даже не дрогнул. Только холодный взгляд и одно слово: «Ошибка» Мне было больно. Не стыдно признаться — больно до злости, до комка в горле. Но я...