Ирина

Мой истинный погубил меня, но судьба подарила шанс - я вернулась на двадцать лет назад. Теперь я знаю все о его предательстве и знаю конец нашей сказки о любви.Но сойти с пути, уготованного злым роком, оказалось не так-то просто. Родные жаждут свадьбы, а законы магии истинности неумолимы.Я не сдамся. Я спасу родителей, разрушу козни врагов и построю свою жизнь - без него. Пусть он ищет другую дуру для своих интриг. Мое сердце и моя судьба принадлежат только мне.

— Я видела. Я была там. Я видела вас вместе… — Ты не понимаешь, — заговорил муж, делая шаг ко мне. — Не подходи, — мой голос звучал спокойно, но в нём была сталь. — Не смей говорить, что я не понимаю. Я всё прекрасно понимаю. Ты спишь с ней. Ты встречаешься с ней. Ты лгал мне прямо в лицо, когда я спрашивала тебя об этом. — Да, — сказал муж после долгой паузы. И в этом коротком слове было больше правды, чем во всём, что он говорил мне за последние дни. — Да, я встречаюсь с ней. И да, я лгал...

— Андрей. Ваш муж. Мы вместе полгода. Он говорил, что разведется. Каждое ее слово било, как удар под дых. Я смотрела на эту девушку и не могла поверить в реальность происходящего. — Зачем вы пришли? — Я хочу, чтобы вы отпустили его! — Алина оперлась о мой стол. — У нас все было прекрасно! А потом он все оборвал. Сказал, что не может уйти от семьи. Отказывается разводиться! Я встала, обошла стол и остановилась перед ней. — Забирайте, — сказала я ровно. — Что? — Забирайте его. Я не держу. ...

— Говори, — начинаю, когда Максим заходит на кухню. От детской она дальше всех, а что-то подсказывает, что разговор может пройти на повышенных тонах. — С самого начала надо было сказать… — Максим запускает руки в волосы, с силой их ерошит. — Алин, это… Это моя семья. Да, пол под ногами реально может провалиться. Без сил падаю на стул, в ушах гудит. Не верю. — Не верю, — повторяю вслух. Даже слёз нет — настолько велико потрясение. — Ты… выходит я и Илья… мы… — Вы — те, кого я люблю, — говорит...

— Как давно ты мне изменяешь? — Что? — Он замирает перед стулом. Отвечаю прямым взглядом. Слёз не будет, за это время ни одной не проронила. — Как. Давно. Ты. Мне. Изменяешь, — чеканю, удерживая взгляд. Платон моргает, поджимает губы. — Когда ты узнала? — Разве это важно? — горько улыбаюсь: даже не пытается отрицать. Невольно опускаю глаза на нож, лежащий рядом с тарелкой. Если воткну в сердце, меня же оправдают? — Малыш, это не то, что ты подумала, — начинает, осторожно садясь на стул и...

— Давай попробуем сначала, прошу. — Ради чего? Нас больше ничего не связывает. — Вот как? — печальная улыбка превращает его лицо в гримасу. — Значит, семь лет брака для тебя пустой звук? — Ты понимаешь, о чём я. — Нет, Диан, не понимаю. Ты даже пытаться не хочешь. Руслан не повышает голос, но каждое слово бьёт наотмашь. Он прав — не хочу. Не знаю, что мне теперь нужно, чего хочу, куда двигаться дальше. Но видеть Руслана физически больно. — Я ухожу, — говорю тихо, твёрдо. — Я уже всё...

— Оленька, подумайте сами, где вы, а где он. У Лёшеньки вся судьба расписана. У нас династия врачей, а вы… Куда там на распределение поедете? В Воронеж? Самой не смешно? Он не хотел вас расстраивать, наверное, но они с Людой уже заявление подали. *** Я уехала и не обернулась. Рыдала по ночам в подушку, на незнакомом месте пыталась строить свою новую жизнь. А потом и жизнь наших близняшек. Ни разу не пыталась узнать, как и чем живёт, хотя в наших кругах его фамилия периодически всплывала. Я не...

Очнулась в теле умирающей девушки, которой открыто изменяет муж, а свекровь давно использует в качестве прислуги и мечтает сжить со свету? Бывает. Оказалась на улице без денег и связей, но с необходимостью быстро заработать на дорогостоящее лечение? Уже хуже. Нежная аристократка Вивьен не выжила бы. А я не сдамся и покажу, на что разведёнки способны! Открою своё дело, научу всех кофе любить и круассаном закусывать. Ой, а это что еще за метка на запястье? Какие еще драконы?