Инна

— Ты ведь клялся, что я смогу жить, как захочу! — О вседозволенности и речи не было. Никогда. Его пальцы больно хватают за волосы и тянут назад, заставляя запрокинуть голову и позволить мужу грубо прикоснуться жёсткими губами к шее. — Предлагаешь мне доедать то, что оставят твои любовницы?! — Да ты хотя бы это осиль. Кроме того… Я уже вложил в тебя неимоверно много. И в ближайшее время рассчитываю на дивиденды. Легко отталкивает меня в сторону, а я, словно зачарованная, молча наблюдаю, как...

— Отпусти меня, Данияр! — кричу я, толкая еще сильнее каменную грудь, в безнадежной попытке вырваться, — я — не твоя невеста! Не твоя! И никогда ею не буду! Оба мои запястья перехватывает огромная крепкая ладонь, Байматов держит, не позволяя мне дернуться, смотрит серьезно и напряженно: — Моя. Я сказал тебе уже это. Моя. Никого рядом с тобой не будет, поняла? Никогда. Если хочешь кому-то плохого, просто начни ему улыбаться… Я вернулась на родину, оставив в Москве свою прежнюю жизнь, друзей,...

Встреча с кумиром оказалась для Лоры не воплощением мечты, а жестокой реальностью. Мир Матвея Зимина, фронтмена популярной группы, полон криминала, тайн и опасности, а каждый взгляд и каждое прикосновение становятся игрой с огнём. Он слишком опасен и слишком непредсказуем, а его чертовская притягательность может стоить ей не только разбитого сердца, но и жизни… *** Содержит нецензурную лексику *** Однотомник

– Дикая, – уголки моих губ дернулись. – Ты не получишь меня, Гырцони, – произнесла она сквозь зубы. – Посмотрим, – принял я вызов. – Ты станешь моей, Мирослава. Станешь моей женой и матерью моих детей. – В твоих извращенных мечтах! – выплюнула она. ▪️▪️▪️ Тагар — цыганский барон, который таит в себе все грехи мира. Он безжалостен, жесток и непредсказуем. В его глазах тьма, а в руках нож, который не знает пощады никому. Он всегда берёт то, что хочет, и он захотел Мирославу: блондинку с...

— Возьму тебя здесь, — говорит заключенный. — А ночь проведешь в моей камере. Его тяжелая ладонь опускается на мою щеку, большой палец давит на губы. — Хочу понять, что ты умеешь, — хрипло бросает он. И меня накрывает шок. *** Я приехала в тюрьму, просто чтобы дать документы на подпись, а оказалась во власти опасного, богатого отморозка. Он дикий, бешеный, совсем без тормозов. Точно животное. Не понимаю, почему девушки от него без ума. Он никогда и ни от кого не получал отказ. А я...

- Тагир, мне больше не к кому обратиться, - ее огромные голубые глаза смотрят с надеждой на меня. Мокрые от дождя волосы прилипли ко лбу, одежда облепляет хрупкое дрожащее тело. Я оглядываю ее быстрым взглядом. - Ты уверена в своем решении? – спрашиваю я, наслаждаюсь своей властью над ней. Она еще не знает, что ее ждет за дверями этого дома. Молча кивает, опустив голову. Я беру ее за подбородок, заставляя смотреть мне прямо в глаза. - Не слышу, - произношу твердо. - Да. И я отступаю на...

– Кого ты хочешь чаще видеть, детка? Меня или его… Кого из нас, Алёна, отвечай! С кем тебе больше нравится… Он рычит на меня и прихватывает за горло. Слова застревают внутри. Я не знаю, что ответить на это… Его хватка становится только сильнее. – Тебя… Хочу видеть тебя… – Это правильно, малыш… Это честно… – прикусывает моё ухо, вызывая повсюду мурашки. – А теперь раздевайся… Я начала встречаться с парнем и не знала, что у него от меня есть один «маленький» секретик…

Диана должна была взять интервью у звезд экстрима, наследников империи и завидных женихов страны, а не терять голову и отдаваться им. Все это можно было списать на стресс или слабость, если бы не новая встреча, которая обернулась кошмаром. – Что значит – у твоего будущего мужа есть сыновья? И сколько им лет: десять, двенадцать? – Они немного старше тебя, погодки, думаю, ты слышала о них, это братья Прохоровы. Характер у обоих непростой, но ты ведь у меня хорошая девочка, и вы подружитесь, я...

Дилогия. Книга 1. Продолжение "Дерзкие. Будешь моей" — Всё бывает в первый раз, детка, — ухмыляется он, продолжая издеваться. — Хочешь я заплачу тебе за это?  — Ты — грубая скотина, — у меня из глаз тут же льются слёзы. Начинаю задыхаться. Подхватываю свой кардиган с пола, нацепляю на себя и стремлюсь к выходу, но он хватает меня за руку. Смотрит как на ничтожество, да и я смотрю на него так же.  — Ты умоляла меня. Нюхала, тащилась, кайфовала и вертелась всю ночь. Это ты так себя вела, а...

– Леви? – Свали с моих глаз, пока я не убил тебя. – Но, что ты такое говоришь? Постой же! У двери истинный замер, его тело напряглось, и в тишине пространства я услышала рык. Предупреждающий меня о чём-то таком, что мне стало вмиг не по себе. – Ты мне нахрен не нужна, идиотка. Ты мне не нравишься, я не люблю тебя. И уничтожу, если ты будешь лезть ко мне, ясно? Я молчала, замерев за его спиной. Боялась издать звук, чувствуя, как сердце сжалось от боли и непонимания. – Послушай,...