Лейла

Он пострадал от рук женщины и теперь ненавидит их всех, уйдя с головой в бизнес. Она сделала себя сама, имеет прозвище Люся-Железобетон, хватку бультерьера и устала от мужчин-шовинистов. Оба успешны и состоятельны, и оба не верят в любовь и своё светлое будущее в семье.

Фиктивный брак по расчёту. Двое детей, один пластмассовый динозавр и полное отсутствие романтических иллюзий. Агате нужны деньги и крыша над головой, а также зашита от свекрови, которая хочет отсудить внуков себе. Виктору — статус женатого человека для получения пакета акций. Условия сделки ясны. Правила: никакой любви, ровно один год, полная финансовая гарантия. Но... Забыв про контракт, Агата учится доверять, а Виктор внезапно понимает, что настоящая семья дороже любых акций. Кто бы мог...

Он превратил себя в безупречную машину контроля: опальный финансист в мире санкционного времени и корпоративных интриг, человек, который сбрасывает чувства, как багаж, перед каждой командировкой. У него мёртвый брак, холодный расчёт вместо сердца и тихий план — изнутри обрушить компанию, в которой задыхается. Она похоронила себя заживо — в депрессии, в чужих нуждах, в роли, которую больше не чувствует. Когда-то она умела видеть красоту. Теперь просто ждёт, пока пройдёт жизнь. Они сталкиваются...

Что делать, если за тобой охотится банда профессиональных убийц, а ты даже не знаешь за что? Насте не повезло: она — глухая студентка-медсестра, которая оказалась не в то время и не в том месте. Единственный шанс выжить — довериться своему случайному спасителю. Правда, есть одна проблема. Максим — двухметровый бритоголовый гигант, который сворачивает шеи так же легко, как режет помидоры на салат. Он называет себя психом, пугает до икоты, но почему-то покупает ей дорогущий слуховой аппарат,...

— У меня для тебя спецзадание, Наина, — говорит отец, когда я опускаюсь в кресло напротив его стола. Он делает паузу, как всегда перед тем, как сообщить что-то, что выбьет меня из графика. Звучит тревожно. Я скрещиваю руки на груди, готовясь слушать. — Есть один пациент. Экстремал, — начинает он. — Летал на параплане, неудачно приземлился. Повреждение позвоночника, посттравматическая нестабильность. — Поняла, — киваю в ответ. — В чем подвох? — Пациент сложный. Не слишком мотивирован на...