Яна

– Таня, я все осознал, прости меня и прими назад! – Между нами все кончено – раз и навсегда, – отвечаю с усмешкой. – Я ненавижу тебя. – Ну… это я легко исправлю! *** Муж наплевал на двадцать лет нашего брака … предал и променял меня на молодую любовницу. Я пережила боль, собрала себя по осколкам и в сорок пять начала новую чудесную жизнь. А теперь, спустя год, он появляется с такими словами и собирается вернуть меня? Ну уж нет! Не тут-то было! *** В книге есть: ‍ Сильная героиня с...

- Что у тебя там? Показывай! Она мотает головой и пытается вырваться. Скручиваю ее сильнее и прижимаю спиной к своей груди. Силой разжимаю кулак и смотрю, что у нее в руке. Как я и думал. Тест на беременность. Положительный. Это я удачно зашел. Как чувствовал. - Собирайся, поехали! Даю отойти ей в сторону, пока цветочный запах ее волос, не свернул мои мозги окончательно. - К…куда? – заикается она, с ужасом округляя глаза. Чувствует, что хорошего я ей ничего не скажу. - На аборт, -...

Муж нежно придерживает за локоть мою сестру. - Чего встала? Принеси мягкую подушку для жены Селима. Не видишь, ей плохо, - свекровь задевает меня плечом, когда проходит рядом и с сочувствующим видом берет под другую руку «жену» моего мужа. - Что это значит? - спрашиваю онемевшими губами у мужа. - Ей нужен надлежащий уход. Она носит моего ребёнка. _____ В день нашей третьей годовщины свадьбы муж сделал "подарок" - привел вторую жену. Мою сестру. И велит позаботиться о ней. Ведь она...

- Я тебя ненавижу, Камиль! - цежу, несмотря на то, что мои зубы отбивают чечетку. Черные глаза молодого мужчины прожигают меня насквозь. - Ты сама во всем виновата! Правильные девушки не ходят по ночным клубам, не пьют и не одеваются как... - он не договаривает. Но и так понятно, что хотел сказать. - Вот и катись к своим правильным! - выкрикиваю я. Потому что внутри всё так болит. От несправедливости и обиды. Что дышать удается с трудом. Он что-то бормочет на непонятном языке, потирает...

Его рука ложится на моё запястье. Обжигает... Клеймит. Мы оба - уже не здесь. Нас обоих швырнуло в наше прошлое. Болючее и неправильное. - Пошли! - цедит он, едва разжимая зубы, не замечая, что на нас смотрят. Ему сейчас ни до кого. Но судя по реакции Бахтияра, он не знал, что я жива. Он не ждет, что я отвечу. Просто вытаскивает сначала из-за стола, за которым идёт застолье, а потом - и из дома. Я чувствую, что кипит. Бахтияр всегда был взрывным. Он тащит меня в сгущающихся сумерках....

– Чей ребёнок, Юля? – Ты преследовал меня, чтоб узнать, чей ребёнок? – Я повторяю свой вопрос. От кого ты беременная? – От мужа! – упёршись ладонями в мощную грудь, пытаюсь оттолкнуть от себя мужчину: – Уйди! Оставь меня в покое, я не должна отчитываться перед тобой. – Ты мне сейчас врёшь? Ты же поэтому мне звонила из Италии. Хотела сказать что-то важное. Не делай глупости! Подумай хорошо о последствиях. Признайся, кто отец ребёнка. Если ты мне сейчас врёшь, то поступаешь точно так же, как и...

– Значит, сына родила. Сколько ему, Яра? – Два года. – Почему раньше не сказала, что родила от меня ребёнка? – Не хотела ставить тебя перед выбором, Эмин. Тебе нужно было спасти свою дочь, а мы с сыном не вписывались в твои планы. – То есть, если бы спустя почти три года мы с тобой случайно не встретились, ты бы и дальше скрывала от меня мальчонку? *** В прошлом я любила Эмина до одури, а он взял меня в жены по просьбе отца. Наш брак изначально планировался быть фиктивным и ненадолго, но...

В дверь колотят так, что она едва не слетает с петель. Открываю и вижу перед собою взбешённого мужа. Бывшего, слава богу.  – Рита?! – выдыхает он, не скрывая восхищения. Могу поклясться – секундой раньше он готов был меня убить.  – Рита, Рита, – киваю я, складывая руки на груди. – По какому поводу? Он треплет свои волосы ладонью. Сжимает их в горсть и отпускает. Нервничает, значит. – А что? Мне нужен повод? – лыбится довольно и уверенно.  – После того, как ты обозвал меня толстой и...

— Ты чистая, Алия. Его голос — глубокий, ровный, восторженный. Тот самый, которым он когда-то говорил мне «люблю». — Я мечтал о такой, как ты. Настоящей. Тихой. Нашей. — А Марьяна? — её голос дрожит, но не от страха. — Марьяна… — Кемаль держит паузу, потом усмехается. — Марьяна… как диковинная зверушка. Русская. Не такая, как все. Хотелось попробовать. Сломать. Приручить. А потом… — Ты её любил? — Я хотел её. А это не одно и то же. Я стою за ширмой. Я должна уйти. Бежать. Спрятаться....