Репутация - штука дорогая, её нужно беречь даже от малых сколов и трещин.
Отец учил меня, что когда вокруг царит хаос, то поручать срочную и ответственную работу нужно тем, кто быстрее всех бегает. У них горячий нрав, они мгновенно принимают решения и уже готовы броситься в бой. А тем, кто сидит в уголочке и испуганно хлопает глазами, ещё нужно раскачаться.
"Каждый удар — услуга, которую сам того не замечая оказывает тебе враг. Если устояла, значит ты сильна. Если упала, но встала, значит, ты стала ещё сильнее."
За услуги принято платить, и я с нетерпением ждала дня, когда с чистой совестью смогу раздать всем долги.
Какой же это подвиг — слушать и понимать друг друга.
Очень даже похоже на Делири. Запланировать полноценную войну, устроить в Бессалии переполох, жениться на мне и всё это, чтобы съехать из своей детской комнаты. Чувствуется его размах, да.
Мы дети своих родителей ровно настолько, насколько себе позволяем ими быть.
— Деньги — грязь. Так было и так будет. Но если правильно использовать потом эту грязь, то не так мерзко будет на смертном одре.
— Глупая философия. Нельзя украсть миллион золотых, а потом построить на часть этих денег храм в расчёте на то, что боги простят тебя за воровство.
как говорили наши законники "был бы человек, а статья найдётся".
— Королевский род, — хмыкнула Веда. — Тебя когда-нибудь почти принцесса пирожками кормила? То-то же, двадцать золотых ему жалко!
— Пятнадцать только что было!
— Ну вы же едите, Нэт! Имей совесть, не жмись! Девушкам не нравятся скряги...
— О, да! Не можешь заинтересовать девушку красивым лицом, заинтересуй полным кошельком! — хмыкнул суровый воин.
— Вдова Каро, я полагаю?
— Верно, — управляющая с достоинством кивнула, разгладила складки на юбке и немного глубже села в кресле.
— Вы замужем?
— Вы серьёзно?
— Более чем.
— Я вдова.
– То есть ваш брак прерван?
— Полагаю, так.
— В связи с чем был прерван Ваш брак?
— В связи со смертью, — холодно ответила Каро, начиная звереть.
— И в связи с чьей смертью он был прерван?
— А угадайте с трех раз!
Мужское восхищение - штука опасная, никогда не знаешь, перерастет она в симпатию или одержимость.
Дорогу мне объяснил всё тот же конюх, как и остальные члены клана — молчаливый и суровый. Интересно, младенцы здесь тоже не плачут, а хмуро требуют у матери соску? Не забыв при этом спросить не слишком ли дорого её трактир обходится клану?
Влюбленные могли переписываться каждый день, а я добросовестно давала для этого поводы, все время прося, чтобы Доминика что-нибудь узнала у оборотня. Дошло до абсурда: я просила узнать рецепт гумуса для удобрения в зимний сад. А потом все пошло само собой, Каро перестала стесняться и писала сама. Видимо, после разговоров о коровьем дерьме, Доминика и Сашар стали так близки, что о приличиях уже не могло идти и речи.
Что нужно сделать, чтобы понимать, как правильно?
— Ошибиться. Потом опять. Снова и снова...
— Ботиночки — загляденье, — явно решил поиздеваться надо мной Кеннет. Реагировать я не стала. Попросту не знала как. Как себя вести? Как говорить? Максимум что я могла — продать ему их. Да ещё и в три раза дороже, чем сама покупала. Вот это моя стезя, да, а не странные комплименты.
Знаю, что мы встретимся через много лет, и ты расскажешь, что назвала дочь в честь своей матери. Ни о чем не прошу, только об этом. Ты так на неё похожа, что не имеешь ни единого шанса стать несчастной. Ты обречена быть любимой и счастливой, Хельда.
Так что смирись и будь!
Настоящие мотивы всегда проще, честнее и понятнее официальных версий.
Любая интрига – ажурное кружево. Ошибешься на одну петлю, и можно выбрасывать всю работу.
женская верность куда крепче держится на разуме, чем на страхе быть заподозренной в измене. А уж на ненависти её можно вместо колонн для мостов использовать
Истинные ведут её точно так же, как меня и Наилия. Они не умеют дергать за поводок нежно и предупреждать, что на дороге камни. Они просто тащат, не обращая внимания, каким полумертвым и поломанным ты доберешься до конечной точки. Им плевать на любовь юной принцессы, её боль и обиду. Злее будет. Тверже, увереннее. Это её жизнь, её камни.
Не зря цзы’дарийцы низвергли своих богов и приказали считать их несуществующими. Не боги творили бесчинства, а их живые создания
У всего есть начало и конец. Оттого в любой культуре центральные мифы – о сотворении и о конце мира. Деталей множество, но суть одна. Все умрут. Явится чудовище из бездны, звезда потухнет, земля расколется или грянет последняя война.
Цзы’дарийский внедорожник был утыкан ими, как наряд министра наградами. Один прибор показывал, куда ехать, второй напоминал, сколько бензина осталось, третий контролировал температуру в салоне, четвертый давление в шинах и так далее и тому подобное. Имари казалось, что если настолько умная машина сломается, то сама остановится и сама себя починит.
Усталость накапливалась молочной кислотой в мышцах и туманом в голове.
Не хочу, но должна разрушить её сказку. Ту, где принцессу всегда спасает её возлюбленный, верхом на белом коне или сидя в черном внедорожнике. Нам с детства читают добрые книжки со счастливым концом. И тем он радостнее, чем ужаснее препятствия на пути и злее чудовища. Постепенно мы привыкаем к чужой ненависти, неприятностям, несправедливости. Мы согласны их терпеть, потому что на последних страницах все обязательно будет хорошо. Так и живем, зажмурившись и повторяя: «Все будет хорошо, нужно только верить». До самого последнего мгновения, уже падая в бездну и встречая первого демона, ждем, что сейчас страница перевернется и появится спаситель. Бездна окажется ненастоящей, демон обнимет, как добрый друг. И все будет хорошо.Не будет.