Цитаты из книг
«Не думай, что Бог не слышит твоих молитв. Возможно, он просто не считает нужным на них отвечать».
Закончив работу в Рейдане и добыв информацию о темном жреце, отряд Фантомов разделяется надвое. Скароны отправляются в свой родной город, намереваясь отвоевать у глав кланов жизненно важные для себя артефакты. Тогда как остальные гримируют лица, меняют адароновые доспехи на карнавальные костюмы и совершают дерзкую вылазку в Невирон. Без братьев Гайдэ приходится нелегко в стране, где единственной реальной силой является магия ее врага. Но даже в Невироне находятся те, кому близки устремления Ишты...
Вера из чувства страха - это не вера...
Закончив работу в Рейдане и добыв информацию о темном жреце, отряд Фантомов разделяется надвое. Скароны отправляются в свой родной город, намереваясь отвоевать у глав кланов жизненно важные для себя артефакты. Тогда как остальные гримируют лица, меняют адароновые доспехи на карнавальные костюмы и совершают дерзкую вылазку в Невирон. Без братьев Гайдэ приходится нелегко в стране, где единственной реальной силой является магия ее врага. Но даже в Невироне находятся те, кому близки устремления Ишты...
– Помнишь, ты как-то интересовался тем, что означает мое прозвище? – вместо ответа спросила я. – Помнишь, ты сказал, что не знаешь такого термина, как «фантом»? Фаэс настороженно кивнул. – Ну… да. Ты еще ответил, что это на твоем родном языке. – Да, друг мой, – сказала я, поднимаясь, и ухватилась руками за карниз. – И я даже обещал тебе перевод. Так вот, на самом деле «фантом» означает – дух, призрак, видение. Короче, морок. Прах. Тень. То, чего на самом деле никогда не существовало. Тот, кого на самом деле никогда не было.
Что ж, Игра продолжается. Одна партия закончена, повернута к другому Игроку доска, заново расставлены фигуры, снова включен свет, запущены часы… к барьеру, уважаемые господа! Начинается новый раунд!
Знаете, когда смотришь на гору издалека, она кажется маленькой и совсем незначительной. Когда стоишь у ее подножия и задираешь голову, чтобы увидеть вершину, то внезапно понимаешь, что гора не так уж и мала. А когда доберешься до самого верха и увидишь вдалеке крохотные человеческие фигурки, то станет ясно, что ты оба раза ошибался. И что на самом деле это ты выглядишь по сравнению с горой маленьким и невысоким. Но при этом у тебя хватает смелости это признать и покорить ее, невзирая на свои недостатки.
Что ж, Игра продолжается. Одна партия закончена, повернута к другому Игроку доска, заново расставлены фигуры, снова включен свет, запущены часы… к барьеру, уважаемые господа! Начинается новый раунд!
...трудно верить в лучшее, когда душа разрывается надвое. Трудно остаться чистым, идя по колено в грязи. И еще труднее бороться с самим собой, если для победы нужно уничтожить большую часть себя.
Что ж, Игра продолжается. Одна партия закончена, повернута к другому Игроку доска, заново расставлены фигуры, снова включен свет, запущены часы… к барьеру, уважаемые господа! Начинается новый раунд!
быть на вершине – это значит быть одному.
Что ж, Игра продолжается. Одна партия закончена, повернута к другому Игроку доска, заново расставлены фигуры, снова включен свет, запущены часы… к барьеру, уважаемые господа! Начинается новый раунд!
С нами все время что-то происходит, меняется, течет. Ты что-то понимаешь, узнаешь, учишься новому. Нередко случается так, что вещи, которые казались тебе когда-то правильными, уже далеко не так хороши и верны, как раньше. Просто потому, что и ты стал другим. Потому, что это в тебе что-то изменилось. И потому, что ты умеешь теперь смотреть на них совершенно по-другому. Так что мне кажется… вернее, я думаю, что в этом мире нет ничего устоявшегося.
Что ж, Игра продолжается. Одна партия закончена, повернута к другому Игроку доска, заново расставлены фигуры, снова включен свет, запущены часы… к барьеру, уважаемые господа! Начинается новый раунд!
Сами по себе размышления бесполезны, если они не приводят к правильным выводам. А от выводов нет пользы, если они не будут воплощены в жизнь.
Что ж, Игра продолжается. Одна партия закончена, повернута к другому Игроку доска, заново расставлены фигуры, снова включен свет, запущены часы… к барьеру, уважаемые господа! Начинается новый раунд!
Уходя из дома, не захлопывай за собой дверь: возможно, тебе еще придется сюда вернуться.
Что ж, Игра продолжается. Одна партия закончена, повернута к другому Игроку доска, заново расставлены фигуры, снова включен яркий свет, запущены старые часы… к барьеру, уважаемые господа! Начинается новый раунд!
— Скажи, Лоран, ты веришь в судьбу? — спросил он после нескольких минут томительной тишины.
Господин да Миро осторожно пожал плечами.
— Не знаю, сир. Если честно, не знаком с этой загадочной леди. Но верю, что все, что происходит вокруг, так или иначе нужно Аллару. Даже наши ошибки и поражения. Вернее, ОСОБЕННО наши ошибки и поражения.
— Почему?
— Потому что... они дают нам возможность стать сильнее, мудрее и выше, чем до того, как с нами случилась неприятность. Они позволяют нам познать что-то новое. Увидеть лучшее. Понять, для чего мы живем и правильно ли делаем свое дело.
Что ж, Игра продолжается. Одна партия закончена, повернута к другому Игроку доска, заново расставлены фигуры, снова включен яркий свет, запущены старые часы… к барьеру, уважаемые господа! Начинается новый раунд!
— На самом деле у человека трудная участь, — неожиданно сказал священник, как-то по-особенному на меня посмотрев. — Он стремится к небу, но не может оторваться от земли. Желает взлететь, но повисшие на ногах оковы не пускают. Его душа бьется в темнице разума, однако далеко не всегда получает свободу.
Что ж, Игра продолжается. Одна партия закончена, повернута к другому Игроку доска, заново расставлены фигуры, снова включен яркий свет, запущены старые часы… к барьеру, уважаемые господа! Начинается новый раунд!
— ... вот скажи, Бер, что ты думаешь насчет... ну-ка убрал ложку ото рта!
— Прости, я задумался.
— Так вот, что ты думаешь... я сказала: убрал ложку!!
— Прости. Я снова задумался.
— Бер!! Ты его съел!!!
— Э... ну... я случайно.
— ОПЯТЬ?!!
— Ну да. Он же вкусный...
Что ж, Игра продолжается. Одна партия закончена, повернута к другому Игроку доска, заново расставлены фигуры, снова включен яркий свет, запущены старые часы… к барьеру, уважаемые господа! Начинается новый раунд!
— Совершенство кроется в гармонии, Ваше Величество. Пусть стальной гвоздь не сгибается под тяжестью обрушившегося на него молота, но он не может понять, что такое хрупкость горного цветка. И он никогда не узнает, как прекрасно встающее над горами солнце. Точно так же, как безупречная точность хорошо отлаженного механизма никогда не сравнится с законченной красотой природного водопада.
— Лирика, леди, — снова усмехнулся король. — Это всего лишь лирика.
— Это жизнь, Ваше Величество. Нельзя смотреть на нее лишь с одного края.
— А с какого края смотрите на нее вы?
— Сверху, Ваше Величество.
— Неужели?
— Да. Так лучше видны совершенные ошибки.
Что ж, Игра продолжается. Одна партия закончена, повернута к другому Игроку доска, заново расставлены фигуры, снова включен яркий свет, запущены старые часы… к барьеру, уважаемые господа! Начинается новый раунд!
...власть — слишком цепкая леди, Риг. Она не любит делиться с кем-то еще. И она никогда его не отпустит, даже если он вдруг захочет этого сам.
Что ж, Игра продолжается. Одна партия закончена, повернута к другому Игроку доска, заново расставлены фигуры, снова включен яркий свет, запущены старые часы… к барьеру, уважаемые господа! Начинается новый раунд!
Форма — ничто, суть — все. Ничто не имеет значения, кроме истины и цели. Однажды ты сказал, что готов ради этого на все. И еще ты сказал: «Когда проживешь половину жизни в надежде, что когда-нибудь достигнешь цели, потом вдруг поймешь, что у тебя просто не хватает сил, чтобы ее достичь, а после этого тебя неожиданно касается порыв истинного вдохновения... трудно устоять от соблазна ему поддаться. И нелегко пережить падение, если его крылья не удержат тебя на весу».
Что ж, Игра продолжается. Одна партия закончена, повернута к другому Игроку доска, заново расставлены фигуры, снова включен яркий свет, запущены старые часы… к барьеру, уважаемые господа! Начинается новый раунд!
— Его Величество тебе неприятен?
Я тяжело вздохнула.
— Нет. Но у него есть один серьезный недостаток, который на корню перечеркивает все его многочисленные достоинства.
— Какой?
— Корона, Риг. Корона, которая всю жизнь будет дамокловым мечом висеть над его головой и которая всегда будет влиять на его решения. По любому поводу. На троне ли, за столом ли, или же возле любимой женщины... в каком-то смысле, корона — это его крест...
Что ж, Игра продолжается. Одна партия закончена, повернута к другому Игроку доска, заново расставлены фигуры, снова включен яркий свет, запущены старые часы… к барьеру, уважаемые господа! Начинается новый раунд!
— Бог находится не в храме, а в душе, господин ал-тар, — отозвалась я, с благодарностью приняв от него салатник.
— Но в храме человек становится ближе к богу. В храме легче творить молитву.
— Если человек не умеет слышать голос бога в самых обыденных вещах, возможно и так. Иногда трудно отстраниться от повседневности, сударь, и трудно отделить себя от привычной жизни, чтобы взглянуть на нее под другим углом. В храме многим действительно проще. Там им хотя бы ничто не мешает отставить свои дела и попытаться прислушаться к тому, что происходит вокруг.
Что ж, Игра продолжается. Одна партия закончена, повернута к другому Игроку доска, заново расставлены фигуры, снова включен яркий свет, запущены старые часы… к барьеру, уважаемые господа! Начинается новый раунд!
Вот — настоящий храм, господин ал-тар: небо, к которому мы всегда стремимся, воздух, которым мы дышим, трава, по которой мы ходим, солнце, дающее нам свет... обычно мы не замечаем всего этого, погруженные в свои мысли и кажущиеся важными проблемы. Как правило, просто проходим мимо, не видя истинной красоты того, что подарила нам жизнь. Мы вечно куда-то стремимся, бежим, торопимся и не имеем ни одной лишней минуты, чтобы остановиться и спросить себя: зачем? Для чего это нужно? Мы — как муравьи, бесконечно трудящиеся на благо своего муравейника. И совершенно не видящие того, что, кроме него, существует и другой мир. Гораздо более широкий, почти бесконечный и неизмеримо более богатый, чем все сокровищницы королей.
Что ж, Игра продолжается. Одна партия закончена, повернута к другому Игроку доска, заново расставлены фигуры, снова включен яркий свет, запущены старые часы… к барьеру, уважаемые господа! Начинается новый раунд!
«Знания позаимствуй у умного, совета спроси у мудрого, а опытом поделись с достойным».
Что ж, Игра продолжается. Одна партия закончена, развернута к другому Игроку доска, заново расставлены фигуры, снова включен яркий свет, запущены старые часы… к барьеру, уважаемые господа! Начинается новый раунд!
– Есть нельзя – невкусный, – серьезно сказала я, посмеиваясь про себя над непередаваемым выражением лица «гостя». – Когти точить нельзя – неудобный. Зубы чесать нельзя – хрупкий. И метить нельзя тоже – обидится.
Что ж, Игра продолжается. Одна партия закончена, развернута к другому Игроку доска, заново расставлены фигуры, снова включен яркий свет, запущены старые часы… к барьеру, уважаемые господа! Начинается новый раунд!
...держать на себе небосвод очень трудно. Особенно, если стоишь на вершине совсем один, устало утираешь пот со лба, проклинаешь все на свете, но все же стоишь, держишь… просто потому, что больше некому отдать эту трудную ношу. И при этом каждый миг понимаешь, что тебе не только никто не поможет, но еще, что особенно грустно, даже не поймет…
Когда разложена Игральная доска и на ней расставлены фигуры, Когда определились Игроки и ставки, Когда сделан, наконец, самый первый Ход… Тогда приходит назначенное время, и сами Боги вступают в Игру.
...держать на себе небосвод очень трудно. Особенно, если стоишь на вершине совсем один, устало утираешь пот со лба, проклинаешь все на свете, но все же стоишь, держишь… просто потому, что больше некому отдать эту трудную ношу. И при этом каждый миг понимаешь, что тебе не только никто не поможет, но еще, что особенно грустно, даже не поймет…
Когда разложена Игральная доска и на ней расставлены фигуры, Когда определились Игроки и ставки, Когда сделан, наконец, самый первый Ход… Тогда приходит назначенное время, и сами Боги вступают в Игру.
— Я верю в то, что этот мир был создан с любовью, — наконец, тихо ответила я, находясь под перекрестом настороженных взглядов. — Верю, что земля, по которой мы ходим, живая. Верю, что она чувствует боль точно так же, как и мы. И верю в то, что каждая рождающаяся в ее недрах Тварь должна быть уничтожена...
Когда разложена Игральная доска и на ней расставлены фигуры, Когда определились Игроки и ставки, Когда сделан, наконец, самый первый Ход… Тогда приходит назначенное время, и сами Боги вступают в Игру.
— Ноша короля очень тяжела, брат, — разом перестав веселиться, сказала я, стоя на пороге палатки на подгибающихся ногах. — И удержать ее, не потеряв собственную душу, очень трудно. Ведь когда ты привыкаешь к этой ноше, то уже не замечаешь ее тяжести. Не видишь, как быстро она въедается в твою плоть и кровь, как ловко подменяет собой все, что было когда-то дорого; как постепенно стирает чувства, убивает жалость, избавляет от прежних слабостей. Да, ты становишься сильнее, жестче, напористей. Ты хорошо защищен подаренной ею броней равнодушия. Ты можешь смотреть на сухие отчеты и совсем не думать о том, что нарисованные там циферки — это чьи-то погасшие жизни. Но при этом власть убивает в тебе Человека. Того, каким ты был и каким уже, наверное, никогда не станешь...
Когда разложена Игральная доска и на ней расставлены фигуры, Когда определились Игроки и ставки, Когда сделан, наконец, самый первый Ход… Тогда приходит назначенное время, и сами Боги вступают в Игру.
Настоящий бой никогда не бывает длительным. Как правило, это короткая сходка, стремительный обмен ударами, блок, отскок и снова — атака. Хороший мастер, как говорят, это тот, кто вообще не вступил в схватку, заставив противника отступить еще на подходе. Но если бой все-таки начинался, то, как правило, его исход решал лишь один единственный удар.
Когда разложена Игральная доска и на ней расставлены фигуры, Когда определились Игроки и ставки, Когда сделан, наконец, самый первый Ход… Тогда приходит назначенное время, и сами Боги вступают в Игру.