– Арам, я тебе предлагаю честную сделку. Ты отдаёшь то, что украл у моей семьи, и остаёшься на прежней должности. Об окладе поговорим позже. Либо ты идёшь к мистеру Иксу в подопытные кролики, и после этого ты всё равно отдаёшь нам всё, но при этом умираешь в страшных муках. Какой вариант выбираешь? Учти, в моём графстве управляющие не увольняются по собственному желанию.
Арам смотрел в юное улыбающееся лицо и вспоминал, что рассказывали об этой девушке воины герцога. Тогда он им не поверил, но сейчас… Эта не пожалеет. Вон как расправилась со служанками старой графини.
– Я согласен.
– Кого я убил в этот раз?
– В этот раз никого. Но Владыка до сих пор матерится на шести языках, а ремонт его кабинета выльется не в одну сотню золотых, – хохотнул Антео.
– Ваше высочество, говорите об отце с должным уважением, – строго произнесла Владычица, но глаза её при этом весело блеснули.
– Ты отдал меня Вечной Госпоже, и с того момента, как прозвучали слова твоей клятвы, ты мне не указ! Или ты забыл о моём предназначении, Владыка?
– Не смей меня этим попрекать! Я спасал жизнь любимой женщины!
– Так какое право имеешь ты лишать меня любимой женщины? Какое ты имеешь право заставлять меня вести в храм нелюбимую?
– Стерпится – слюбится. А захочешь любви – заведёшь наложницу, – махнул рукой седовласый айт. – Ты должен думать о будущем нашего народа! – Владыка стукнул кулаком по столу с такой силой, что столешница из крепчайшего сорта дерева покрылась трещинами.
Кончик кинжала проткнул кожу, и Рольф заскулил.
В темноте блеснули глаза, айт склонился к щеке виконта, провёл по ней языком и нежно зашептал в ухо притихшей жертвы:
– Увижу рядом с комнатой графини – отрежу яйца и заставлю сожрать сырыми.
– Что есть душа?
– Никто не знает, но мне кажется, это то, что отвечает за чувства, эмоции, любовь, индивидуальность.
– И это тоже. Но шаманы считают, что душа – это консистенция разума, характера, навыков и силы. Ведь душа меняется вместе с человеком, и иногда милый замечательный ребёнок превращается в тирана и деспота, и тогда его душа чернеет. Ничего во вселенных не бывает неизменным. Даже время течёт везде по-разному.
Длань прав, если хочешь показать себя справедливым королём, следует начинать с себя и своего окружения.
– Но Зира такая нежная, спокойная, покладистая! – вырвалось само собой.
– Конечно, – гордо сообщил Иверт. – Она же женщина! А женщина не должна показывать свой ум, только красоту и тело, она должна быть в тени своего мужчины, иначе в семье не будет лада.
– Ты замечал, что пламя похоже на некоторых людей? – глядя на огонь, тихо произнёс Алан. – Осторожничает, но если чует слабость, может сжечь дотла.
– Все мы носители стихий, – философски заметил Длань.
– Сила не в троне, а в людях, которые этот трон окружают.
Разве хоть кому-то не хочется вернуться в дом, где тебя просто любят и ждут, не потому, что ты вождь и король, а за то, что ты есть, любят со всеми твоими недостатками и тараканами и, зная твою тайну, всё равно принимают таким, какой ты есть. И каждый жест, каждый взгляд демонстрируют эту тихую любовь, ничего не требуя в ответ, просто прося быть иногда рядом. Просто держать за руку, как сейчас, с тревогой заглядывая в тёмные глаза.
Так устроены люди, они стремятся к вершине, зачастую не учитывая, что власть – это колоссальная ответственность, власть – это одиночество, власть – это предательство ради каких-то высших целей, власть – это быть проклятым либо воспетым, диктатором или героем, третьего не дано.
– Королева должна быть, как красивое украшение, – сверкать и молчать.
– Тяжело жить без любви, кир Алан, – тихонько вздохнула кухарка, глядя с материнской заботой. – А с нею ещё тяжелее.
– Самое большое удовольствие для женщины – это быть рядом с сильным и умным мужчиной.
– Не всё ли равно, чьи это дети, когда ты их любишь?
Нельзя отталкивать ребёнка, когда он в тебе нуждается.
– Мой друг, брат Турид, писал, что вы старательно избегаете исповеди. Отчего?
– Мне не нужны посредники для общения с богом, – Алан распахнул плащ, в кабинете было тепло. – Если мне нужно в чём-то покаяться или о чём-то попросить, я обращаюсь к богу напрямую.
– И он вам отвечает? – совершенно серьёзно поинтересовался ксен, глядя на герцога внимательно и пытливо.
– Оба. Даже являются иногда. А вот Отец Небесный пока игнорирует, – иронично ответил герцог.
Мужчина – игла, острая и безжалостная,
Женщина – нитка, которая тянется за иглой.
Умная женщина всегда завяжет узелок,
чтобы виден был результат работы иглы.
Умный мужчина не станет резать нить,
пока не сошьёт накрепко две судьбы.
Из исповеди брата Чеха
– Тур! – закричал Оська, забираясь в кресло. – А тебя Хват ищет во дворе! Ругается.
– Ты опять сбежал от охраны? – укоризненно произнёс герцог.
– Ничего, сейчас его рыжий ксенёнок найдёт, – Оська показал язык. – Хват ему нажаловался. А Лисёнок злой, он проиграл Руке три боя из трёх.
– Ой! Я спать! Папа, можно я через библиотеку пройду?
Турен быстро обулся и исчез за небольшой дверью, соединяющей покои.
– Что есть душа?
– Никто не знает, но мне кажется, это то, что отвечает за чувства, эмоции, любовь, индивидуальность.
– И это тоже. Но шаманы считают, что душа – это консистенция разума, характера, навыков и силы. Ведь душа меняется вместе с человеком, и иногда милый замечательный ребёнок превращается в тирана и деспота, и тогда его душа чернеет. Ничего во вселенных не бывает неизменным. Даже время течёт везде по-разному.
Длань прав, если хочешь показать себя справедливым королём, следует начинать с себя и своего окружения.
– Но Зира такая нежная, спокойная, покладистая! – вырвалось само собой.
– Конечно, – гордо сообщил Иверт. – Она же женщина! А женщина не должна показывать свой ум, только красоту и тело, она должна быть в тени своего мужчины, иначе в семье не будет лада.
– Ты замечал, что пламя похоже на некоторых людей? – глядя на огонь, тихо произнёс Алан. – Осторожничает, но если чует слабость, может сжечь дотла.
– Все мы носители стихий, – философски заметил Длань.
– Сила не в троне, а в людях, которые этот трон окружают.
Разве хоть кому-то не хочется вернуться в дом, где тебя просто любят и ждут, не потому, что ты вождь и король, а за то, что ты есть, любят со всеми твоими недостатками и тараканами и, зная твою тайну, всё равно принимают таким, какой ты есть. И каждый жест, каждый взгляд демонстрируют эту тихую любовь, ничего не требуя в ответ, просто прося быть иногда рядом. Просто держать за руку, как сейчас, с тревогой заглядывая в тёмные глаза.