Даже имея в предках деревенского кузнеца, можно стать обладательницей ценного семейного клада, а ещё – мужа, который жаждет свести тебя с ума, родственников, которые уверены, что ты сама по себе ничего не можешь, и едва не стать жертвой неизвестного злоумышленника. И как в таких условиях выживать? Наверное, только с помощью характера, который, как выяснилось, у Арины всё-таки имеется. Именно этот характер и поможет ей пережить покушение, подстроить ловушку для убийцы, приспособиться к...
Кошачье любопытство – страшная штука! Как же не насторожить уши, не поинтересоваться, а что там и как не так? Что шуршит, а если не шуршит, то почему именно?
«Если вы пытаетесь годами достучаться до человека, то будьте твёрдо уверены, что достучались. Вас услышали. И теперь ждут, когда вы перестанете тарабанить и уйдёте».
© народная мудрость
Хорошая идея чем ценна? Тем, что её надо довести до ума!
Никогда не надо откладывать на завтра то, что можно сделать ещё вчера!
Люди – это не плоские картонные фигурки, а натуры многогранные. В каждом из нас ой как много чего понамешано и спрятано.
Есть вещи, которые в человеке лучше видны представителю своего пола. Женщина может видеть в мужчине замечательного и заботливого человека, а мужчина, пообщавшись, с ходу скажет, что всё это пустой трёп, и мужик этот ненадёжный, как первый ледок на реке.
А женщина, со своей стороны, с ходу может раскусить приёмы и ужимки голимой хищницы, которая вышла на охоту и ходит кругами вокруг уже заарканенной жертвы. Причём эта самая жертва будет видеть влюблённую красавицу, которая готова на всё ради любви к нему.
Неважно кто ты, кошка или нет,
неважен цвет, и сколько тебе лет,
неважно, есть ли хвост и коготки,
любого ранит камень, брошенный с руки.
Нам всем так нужно, чтобы кто-то рядом был.
Чтоб этот кто-то защищал, берёг, любил!
А если он ударил, как же трудно встать,
чтоб выжить, чтоб подальше убежать.
Забиться в тёмный угол, в тишину,
и падать, падать вниз, во тьму, ко дну.
У нас не девять жизней, а всего одна.
Так бей же лапами, когда коснёшься дна!
Царапайся, кусайся, выплывай,
тоске своей ни шанса не давай!
Цепляйся, выбирайся вверх, вперёд!
Пускай кто предал, без тебя теперь плывёт.
Ударишь посильней в душе осколки льда,
тогда и будет в жизни красота!
... мысли как-то расслабленно порхали рядом, нипочём не желая возвращаться в привычный мыслительный процесс.
... наши планы – это настолько условная штука, что их можно даже не озвучивать, чтобы потом не переживать!
Алевтина Петровна была двоюродной сестрой Арининой мамы, страстно интересовалась делами родственников, всегда всё знала лучше всех. Правда, были у Алевтины Петровны и положительные стороны, куда же без них…
Во-первых, она обожала убираться! Эта женщина могла бы сделать фееричную карьеру на ниве клининговых услуг, но вместо этого работала заведующей в одном из подмосковных детских садиков, работу свою обожала и купалась во взаимности. У неё на работе царил образцовый порядок, воспитатели стояли за заведующую горой, дети почему-то рвались в сад, а родители облегчённо вздыхали, когда удавалось определить своё сокровище именно туда – за ребёнка можно было быть абсолютно спокойным! Во-вторых, она оказывала мощное педагогическое воздействие на детей родственников и знакомых. Причём по непонятным причинам дошкольники были от этого в восторге, но чем старше становилось «дитятко», тем быстрее было готово на всё, только бы родители поскорее избавились от Алевтины!
– … у неё ухажёр появился…
– Вань, ты смешной до слёз, честное слово! У современной девушки может быть толпа знакомых, с которыми можно вместе работать, общаться, сходить куда-нибудь, и… всё это может абсолютно не иметь никакого отношения к личной жизни! Вот просто никакущего! Так что ты не о том думаешь. Ты вот мне скажи, ты ей хоть немного намекнул, что она тебе нравится?
– Эээ… нет.
– Ну и кто ты после этого, Ваня? – Светлана подпёрла щёку ладонью и с очевидным сожалением осмотрела Болотникова. – Сказать, кто? Тормоз ты! Да если даже у вас ничего не получится, но ты сознаёшь, что тебе нужен этот человек, хоть попробуй. Скажет «нет» – отойдёшь, но хоть жалеть всю жизнь потом не будешь!
Котиков сочувственно покосился на Ивана.
– Слушай, а она-то как? Ты у неё вообще спрашивал, как она сама непосредственно к свадьбе относится? Всё-всё, вопрос глупый, можешь не отвечать.
Стоило только увидеть, как вскинулся Иван, как стало понятно, что он собирался подойти к этому вопросу лет через… дцать, не раньше.
– Не спрашивал, – всё-таки озвучил очевидную истину Иван.
– Тогда главное, чтобы её кто-то раньше тебя не спросил об этом!
Алевтина молча не лезть не могла по натуре. Что поделать, если у доброго, ответственного, умного человека где-то в организме вмонтирован встроенный, мощный и неуёмный пропеллер, который толкает этого человека вперёд, на абордаж, на штурм, в атаку? Причём кнопки выключения, увы и ах… нетути!
Притормозить Алевтину было можно, но… тогда энергия пропеллера выходила свистом – то есть речевыми выступлениями. Правда, и тут была засада – на работе не выскажешься – Алевтина никогда не рассказывала там что-то о близких, а дома спит крохотная внучка.
Оставалось одно – бухтеть взволнованным шёпотом, от которого на кухне ёжились цветы на подоконнике, а кот Утипут начинал потряхивать ушами и нервно есть.
У Алевтины Петровны по поводу личной жизни окружающих были твёрдые убеждения крайне гибкой структуры…
Она могла сначала убеждать всех в том, что с «этими негодяями жить невозможно, надо разводиться, быть счастливыми и свободными женщинами», а потом внезапно начинала утверждать прямо противоположное, мол, «надо немедленно выходить замуж и жить с любимым человеком, потому что иначе, где ж оно, счастье-то?» Все эти метания проистекали из-за супруга, с которым она то ругалась до трещин в кирпичной кладке их дома, то мирилась до полной эйфории. Муж её давно бы сбежал, но по какой-то странности жену любил, и со временем смог бы соперничать с легендарными йогами. Ссорилась она с ним или мирилась, с его точки зрения, разрушительный эффект был примерно одинаковым, поэтому лучше было прикинуться истуканом с острова Пасхи или, на худой конец, их котом Утиком. Кот, которого Алевтина подобрала в ледяной мартовский дождь и назвала Утипутиком, был абсолютно солидарен с хозяином.
Арина было рассердилась, а потом вспомнила, как дед её учил разговаривать:
– Ты сначала реши, что ты хочешь – просто эмоции выплеснуть или чего-то в разговоре достичь. Если второе – ругаться не стоит просто потому, что для понимания это не подходит. Подбери максимально понятные объяснения и потихоньку выдавай их собеседнику.
И тут вспомнилось, как дед, когда начинал тосковать о бабушке, уходил в свою комнату и тихонько шептал: «Упокой Господи душу усопшей рабы твоей Светланы, и прости ей все согрешения её, вольные и невольные, и даруй ей Царствие небесное».
Дед не был особо верующим, в церковь ходил как раз только чтобы бабушку помянуть, помолиться за неё, а когда Арина спросила, зачем, он ответил:
– Знаешь, мне кажется, что так она меня точно слышит и знает, что я её помню и люблю. Понимаешь?
Ирина Валерьевна была железно уверена, что у сына рога уже не просто имеются, а аж ветвятся!
– Ну не может любящая и верная жена с таким пренебрежением и насмешкой смотреть на мужа, когда уверена, что он этого не увидит!
– До сих пор не могу поверить! – поёжилась Арина. – То есть и женился он на мне из-за этого клада, и чуть с ума не свёл из-за него! Хорошо хоть не он по голове дал!
– Какая радость! – почти беззвучно и весьма саркастично прокомментировал Иван, но Арина услышала.
– Вообще да, радость, потому что если бы это сделал Сергей, то этого я бы точно не пережила!
– Такой сильный? – уточнил Иван, что-то прикидывая.
– Просто очень аккуратный во всём! То есть, он проверил бы пульс и на запястье, и на шее, и ещё раз на запястье на всякий случай. И зеркальце бы к губам поднёс!