Петербург, апрель 1913 года. В пятницу, в семь часов пополудни, у Никольского собора Морозов наконец встречается с человеком, за тенью которого гоняется пятый месяц: тихий голос, лицо, которое не запоминается, перстень поверх перчатки. Тот не угрожает и не торгуется — он предлагает сделку и в задаток даёт две вещи. Одну Морозов ждал полгода: до него в этом городе уже был человек, проснувшийся однажды кем-то другим. Вторая — адрес мастерской в Коломне, куда следует съездить поутру. Наутро...