Идиатуллин Шамиль - Город Брежнев

Город Брежнев

Год выхода: 2017
Чтобы добавить книгу в свою библиотеку либо оставить отзыв, нужно сначала войти на сайт.

В 1983 году впервые прозвучала песня «Гоп-стоп», профкомы начали запись желающих купить «москвич» в кредит и без очереди, цены на нефть упали на четвертый год афганской кампании в полтора раза, США ввели экономические санкции против СССР, переместили к его границам крылатые ракеты и временно оккупировали Гренаду, а советские войска ПВО сбили южнокорейский «боинг».

Тринадцатилетний Артур живет в лучшей в мире стране СССР и лучшем в мире городе Брежневе. Живет полной жизнью счастливого советского подростка: зевает на уроках и пионерских сборах, орет под гитару в подъезде, балдеет на дискотеках, мечтает научиться запрещенному каратэ и очень не хочет ехать в надоевший пионерлагерь. Но именно в пионерлагере Артур исполнит мечту, встретит первую любовь и первого наставника. Эта встреча навсегда изменит жизнь Артура, его родителей, друзей и всего лучшего в мире города лучшей в мире страны, которая незаметно для всех и для себя уже хрустнула и начала рассыпаться на куски и в прах.

Шамиль Идиатуллин – автор очень разных книг: мистического триллера «Убыр», грустной утопии «СССР™» и фантастических приключений «Это просто игра», – по собственному признанию, долго ждал, когда кто-нибудь напишет книгу о советском детстве на переломном этапе: «про андроповское закручивание гаек, талоны на масло, гопничьи „моталки“, ленинский зачет, перефотканные конверты западных пластинок, первую любовь, бритые головы, нунчаки в рукаве…». А потом понял, что ждать можно бесконечно, – и написал книгу сам.

Лучшая рецензияпоказать все
TibetanFox написал(а) рецензию на книгу
Оценка:

Не только Брежнев

«Город Брежнев» — роман, большой по объёму и такой же значительный по сути. Он закрывает свои семисотстраничным телом важную нишу в литературной истории 80-х годов, но в этом одновременно и его беда. Уж слишком мало осталось тел читателей, которые с этой нишей знакомы. Тьфу-тьфу-тьфу, ничего с эти поколением не случилось, просто ниша очень узкая и не слишком читающая.

Чтобы прочувствовать роман так, как его задумал автор (вечная оговорка: это не утверждение-истина, а моё мнение), надо попасть в очень узкую прослойку. Детство пришлось на восьмидесятые, не столица, а монопромышленный городок. Либо детство пришлось на начало девяностых, тогда тоже можно зацепить атмосферу. Все точно так же бегали с обрезками арматуры в рукаве и одинаковых шапках, ходили бодаться стенка на стенку и собачились с теми, кто не с той улицы или не с того района. Бедные, почти нищие, одинаковые до ряби в глазах ребята, чьи родители не могли уделить им достаточно времени, потому что вкалывали на каком-нибудь градообразующем предприятии. Которое одновременно царь и бог, благо дающий, но при этом и вечный источник геморроя, а чуть впал в немилость — так и обрекающий на голодную смерть суровый папка.

Я сама в таком районе в девяностых выросла, поэтому неплохо понимаю, что и как говорит Идиатуллин, но сколько таких, как он и я? Бывшие подростки восьмидесятых сейчас читают много, но всё больше если они выросли в крупном городе с разнообразными возможностями. Люди постарше хмыкнут: «Ну и чего он тут пишет ерунду, не было такого», ведь они-то были подростками в другое время. А более молодые читатели могут многое понять, но вот прочувствовать неоткуда, просто нет такого опыта.

В итоге стоит такой прекрасный «Город Брежнев» почти без читателей, и очень зря. В нём сразу всё, что выпадало из фокуса публикующейся литературы восьмидесятых. Роман взросления — но не тот возвышенный и радостный. Производственный роман — но не тот преодолевающий невозможное. Роман о педагогах — но не совсем с горящими глазами и сердцем. Роман о проблеме отцов и детей — но завершения восклицательным знаком у него нет, только многоточие и запятая. Не по правилам пунктуации, зато жизненно.

Шамиль Идиатуллин пишет предельно честно, с огромной любовью и ностальгией к самым мелким воспоминаниям. Но он не даёт ностальгии затуманить беспристрастный взгляд. Было хорошее, было плохое, не было чего-то однозначного. Один человек мог оказаться прекрасным с одного ракурса, но чудовищем с другого. Не было и нет в жизни однозначно окрашенных решений и путей, как это когда-то хотела показывать советская литература.

Подростку в то время было туговато. Выживали те, кто вёл себя, как быдло, а думал, как интеллигент. У родителей нет времени, а ещё страшнее — нет родительской культуры, которая позволяла бы разговаривать с детьми и понимать их. Строгая советская иерархия в семье, которая сохраняется повсеместно до сих пор, много возможностей давила и давит на корню. И это уже не первая книга Идиатуллина, где он чётко показывает, что множество неприятностей у подростков можно было бы избежать, если бы они говорили со старшими и могли всегда свободно обратиться к ним за советом и помощью, а не только за приказом или обслугой. К этой линии хорошо добавился голос про положение женщины в обществе того времени... И опять же — отчасти до сих пор и сейчас. Откуда автор так много знает?

В середине роман немного рыхловат, так что начинаешь сомневаться, куда заведут все эти линии и хочется ли за ними идти, но в конце терпение воздастся сторицей. Добротное и хорошее чтение, надеюсь, что оно всё-таки найдёт больше читателей. Можно подкладывать её рабочим в новогодний пакет вместе с палкой жёсткой копчёной колбасы, кислым шампанским и тринадцатой зарплатой.

Заметки о читаемом в телеграме

Доступен ознакомительный фрагмент

Скачать fb2 Скачать epub Скачать полную версию

0 читателей
0 отзывов
TibetanFox написал(а) рецензию на книгу
Оценка:

Не только Брежнев

«Город Брежнев» — роман, большой по объёму и такой же значительный по сути. Он закрывает свои семисотстраничным телом важную нишу в литературной истории 80-х годов, но в этом одновременно и его беда. Уж слишком мало осталось тел читателей, которые с этой нишей знакомы. Тьфу-тьфу-тьфу, ничего с эти поколением не случилось, просто ниша очень узкая и не слишком читающая.

Чтобы прочувствовать роман так, как его задумал автор (вечная оговорка: это не утверждение-истина, а моё мнение), надо попасть в очень узкую прослойку. Детство пришлось на восьмидесятые, не столица, а монопромышленный городок. Либо детство пришлось на начало девяностых, тогда тоже можно зацепить атмосферу. Все точно так же бегали с обрезками арматуры в рукаве и одинаковых шапках, ходили бодаться стенка на стенку и собачились с теми, кто не с той улицы или не с того района. Бедные, почти нищие, одинаковые до ряби в глазах ребята, чьи родители не могли уделить им достаточно времени, потому что вкалывали на каком-нибудь градообразующем предприятии. Которое одновременно царь и бог, благо дающий, но при этом и вечный источник геморроя, а чуть впал в немилость — так и обрекающий на голодную смерть суровый папка.

Я сама в таком районе в девяностых выросла, поэтому неплохо понимаю, что и как говорит Идиатуллин, но сколько таких, как он и я? Бывшие подростки восьмидесятых сейчас читают много, но всё больше если они выросли в крупном городе с разнообразными возможностями. Люди постарше хмыкнут: «Ну и чего он тут пишет ерунду, не было такого», ведь они-то были подростками в другое время. А более молодые читатели могут многое понять, но вот прочувствовать неоткуда, просто нет такого опыта.

В итоге стоит такой прекрасный «Город Брежнев» почти без читателей, и очень зря. В нём сразу всё, что выпадало из фокуса публикующейся литературы восьмидесятых. Роман взросления — но не тот возвышенный и радостный. Производственный роман — но не тот преодолевающий невозможное. Роман о педагогах — но не совсем с горящими глазами и сердцем. Роман о проблеме отцов и детей — но завершения восклицательным знаком у него нет, только многоточие и запятая. Не по правилам пунктуации, зато жизненно.

Шамиль Идиатуллин пишет предельно честно, с огромной любовью и ностальгией к самым мелким воспоминаниям. Но он не даёт ностальгии затуманить беспристрастный взгляд. Было хорошее, было плохое, не было чего-то однозначного. Один человек мог оказаться прекрасным с одного ракурса, но чудовищем с другого. Не было и нет в жизни однозначно окрашенных решений и путей, как это когда-то хотела показывать советская литература.

Подростку в то время было туговато. Выживали те, кто вёл себя, как быдло, а думал, как интеллигент. У родителей нет времени, а ещё страшнее — нет родительской культуры, которая позволяла бы разговаривать с детьми и понимать их. Строгая советская иерархия в семье, которая сохраняется повсеместно до сих пор, много возможностей давила и давит на корню. И это уже не первая книга Идиатуллина, где он чётко показывает, что множество неприятностей у подростков можно было бы избежать, если бы они говорили со старшими и могли всегда свободно обратиться к ним за советом и помощью, а не только за приказом или обслугой. К этой линии хорошо добавился голос про положение женщины в обществе того времени... И опять же — отчасти до сих пор и сейчас. Откуда автор так много знает?

В середине роман немного рыхловат, так что начинаешь сомневаться, куда заведут все эти линии и хочется ли за ними идти, но в конце терпение воздастся сторицей. Добротное и хорошее чтение, надеюсь, что оно всё-таки найдёт больше читателей. Можно подкладывать её рабочим в новогодний пакет вместе с палкой жёсткой копчёной колбасы, кислым шампанским и тринадцатой зарплатой.

Заметки о читаемом в телеграме

lustdevildoll написал(а) рецензию на книгу
Оценка:

Весьма приметный факт, что за три последних года два из трех наиболее впечатливших меня отечественных романов написаны татарскими писателями. Всегда знала, что татары крутые.

"Город Брежнев" - это бережный слепок эпохи, до самых мельчайших деталей, полгода из жизни нескольких человек, с открытым финалом. Все эти полгода я у мамы в животе сидела, но если честно, провинциальное детство середины восьмидесятых мало отличалось от детства середины девяностых, разве что у нас уже были киндер-сюрпризы, жвачка, джинсы и зарубежная культура, были бы деньги.

Тринадцатилетний Артур Вафин - самый обычный советский подросток. Он ездит в пионерлагерь на море, смотрит фильмы с субтитрами Ээро, мечтает о магнитофоне, дерется на районе, влюбляется, задается вопросами, чего хочет от жизни и что в ней любит. Его папа главный энергетик литейки на заводе КамАЗ, но семья живет не как блатные, хотя имеет квартиру, машину, гараж и дачу. Вазых Насихович, которого жена зовет Вадиком, крепкий профессионал и честный человек, у которого душа болит за работу, из-за чего на заводе он проводит львиную долю времени. Очень подробно и емко описывается взаимодействие с системой и вообще встраивание в нее людей, все эти бесконечные цепочки согласований и "все всё знают, но никто ничего сделать не может".

Отдельной линией идет судьба любимого вожатого Артурика Витальтолича, прошедшего Афган и не имеющего образования парня, который с легкой руки начальства попадает на КамАЗ и уже мечтает о карьерном взлете и семейной жизни с любимой, учительницей немецкого и французского Мариной Михайловной, однако все очень хрупко и может сломаться в один момент.

Книга прямо-таки дышит тем временем, погружение как на десять метров с аквалангом в кристально-чистое море. Кинематографично не то слово, читаешь - и воочию видишь перед глазами эти картины. Очередь за выброшенными апельсинами по два рубля кило с аджикой за тридцать копеек в нагрузку, ритуальные остановки на выезде из города и на въезде, чтобы наскоро перекусить взятым из дома тормозком и выпить пару рюмок, панельные многоэтажки с местами неработающими лифтами и риском нарваться на перо (кстати, лифтов в книге много, и это не случайно - точно так же намертво стоят и социальные лифты, и кровь в виде людских судеб льется в них точно так же), стрелки комплекс на комплекс с самодельным оружием - арматурой, палками и нунчаками из табуреточных ножек, милицейский беспредел, когда четырнадцатилетнему подростку могут в отделении угрожать и дать по почкам, а милиционерам за это ничего не будет, заводская жизнь, где никто не хочет брать на себя ответственность - кабы что не вышло, школьные будни с идеологической нагрузкой и запретами делать что-то смелое, выбивающееся из казенного ряда, пионерлагерь с несъедобной столовской жратвой, дискотеками, куда приходят кадрить девчонок местные, и обязательным обмазыванием девчонок зубной пастой в королевскую ночь... Читала и прямо даже какая-то ностальгия пробивала, умеет автор с помощью мельчайших деталей создать иллюзию переноса туда, в Брежнев.

Конец, конечно, внушает ужас, ведь знаешь уже, что там, впереди - авария на ЧАЭС, а там и распад страны не за горами, но пока, в феврале 1984-го, когда тебе четырнадцать и ты ничего этого не знаешь, будущее кажется светлым. Финал открытый, но дальнейшие судьбы героев нанесены аккуратными мазками и каждый волен сам строить догадки, что в итоге станется с героями. Идиатуллин бережно развесил по стенам все ружья, и все они к концу романа выстрелили, причем в самые неподходящие моменты, отчего грустно на душе и назад туда не хочется. Спасибо за экскурсию.

zhem4uzhinka написал(а) рецензию на книгу
Оценка:

«Город Брежнев» - увесистая книжка, но это как раз тот случай, когда не хотелось, чтобы она заканчивалась. Я бы жила и жила дальше жизнь Артура, молодого парня, который при всех своих загонах и сложном характере умудрился получиться чертовски обаятельным. И темп повествования в книжке идеален, сюжет почти постоянно держит в тонусе, но нет такой «морковки», которая заставляла бы быстрее продираться к концовке, чтобы узнать, как там все будет. Точнее, формально-то она есть, в самой первой главе подвешивается, но мне, наоборот, не хотелось к ней приближаться. Страшно было за Артурика очень, хотелось, чтобы вот этот промежуток от первой главы и до последних событий тянулся и тянулся. Пусть будет эта череда непонятных девчонок и непонятных чувств к ним, эти странные взрослые со своими загонами, школа, пионерлагерь, вот это все пусть будет подольше.

Хотя книжка не была бы так хороша, будь она только про советского школьника, который учится правильно держаться среди пацанов на районе, и не более того. Нет, это более широкий портрет эпохи, который одним Артуром не мог ограничиться. Тут и положение в стране, тут и специфика самого города Брежнева, тут и настроения, радости и печали советских людей в те годы, когда союзу осталось всего-ничего, но пока об этом никто не знает.

Особенно понравилось, как показаны характеры окружающих Артура взрослых сначала его глазами, а потом более объективно. Такая получается разница… Короче, если бы не длинноватые истории о сломавшихся фиговинах на заводе «КАМАЗа», книга могла бы и вовсе стать любимой. И то я еще в конце года подумаю.

sarkinit написал(а) рецензию на книгу
Оценка:

Город Брежнев: хроника эпохи, роман-взросление, производственный роман.

Было мне годика четыре и стояли мы с мамой в бесконечной очереди за сыром, который в те времена считался дефицитным товаром и отпускался в строго ограниченном количестве. По справедливости, мы могли претендовать на двойную порцию, но такие абстрактные понятия, как справедливость, розничной торговлей советских магазинов в расчёт не принимались, а потому нам отпустили только один брусочек.
Мама возмутилась: «А ребёнку сыр не полагается? Ребёнок не человек, что ли?»
«Нет», – сказала, как гильотиной отрезала, продавщица гастронома.

Шамилю Идиатуллину в романе «Город Брежнев» удалось очень точно передать это унизительное и беспомощное состояние «не человека» в системе агонизирующего советского государства восьмидесятых годов.
Книга интересна прежде всего бережным и детальным воссозданием исторического контекста, в котором разворачиваются события романа. И мастерство автора заключается не только в упоминании знаковых событий и явлений того времени (война в Афганистане, запрещённое каратэ и пустые полки магазинов), но и в умении достоверно передать восприятие мира и образ мышления советского человека.

«Город Брежнев» не только своеобразные исторические хроники, но и в некотором смысле производственный роман. Главы, посвящённые КамАЗу, тяжеловаты для восприятия, но при этом очень динамичные и безумно интересные. Передовое предприятие отрасли, как и вся страна, жило и работало по двойным стандартам, когда возвышенные лозунги и заранее невыполнимые планы с треском разбивались о суровую экономическую реальность. И выкручивайся, как знаешь. Суетись, выбивай, договаривайся, но чтоб было.

В книге параллельно развиваются две сюжетные линии: тринадцатилетнего паренька Артура и его наставника – вчерашнего дембеля Виталика, который волею судеб попадает работать на КамАЗ.

Меня совершенно покорил Артурик – последний романтик эпохи, в котором чудесным образом сочетаются рыцарское благородство, детская ранимость и юношеский максимализм. Он толковый, чуткий и по-хорошему правильный парень, со своими задвигами переходного возраста и дворовыми представлениями о жизни. «Город Брежнев» во многом роман-взросление, позволяющий проследить постепенное превращение Артура из непоседливого ребёнка в молодого человека с твёрдыми убеждениями и чёткими приоритетами.

Если с Артуриком всё понятно буквально с первых страниц, то с Виталиком всё сложно и неопределённо. Прописан он уж больно непоследовательно: начинает за здравие, а кончает за упокой. Довольно невнятный и мутный персонаж, совершающий крайне противоречивые поступки и руководствующийся ущербной логикой солдафона. У него в голове какой-то непостижимый замес из афганского синдрома, тяжёлого детства и узкого кругозора. Но несмотря на всё вышеперечисленное, Виталик непостижимым образом умудряется положительно влиять на Артура и выручает его из всех передряг.

Одной из центральных тем произведения является ожесточение подростков в духе «Повелителя мух» и их междоусобные войны, переходящие в откровенную поножовщину. При слепом неведении и молчаливом попустительстве взрослых, задолбанных по самые гланды и разрывающихся между работой, домом и общественной нагрузкой. Может показаться, что автор утрирует ситуацию и намеренно сгущает краски, но в этом плане моногород Брежнев восьмидесятых мало чем отличался от рабочих окраин Петербурга девяностых, где ребята также собирались в дворовые шайки, устраивали разборки стенка на стенку, носили шапочки-петушки и не выходили на улицу без ножичка.

Повествование такое же, как воссозданная на страницах романа эпоха – серое, вязкое и удушливое. В него проваливаешься как под лёд и, либо отращиваешь жабры и начинаешь дышать, либо вовсе бросаешь книжку. Текст романа удивительно кинематографичен: словно не читаешь, а просматриваешь на диаскопе старые слайды, запечатлевшие уже такое далёкое и вместе с тем недавнее прошлое страны.

В конце очень тяжело расставаться со ставшими почти родными героями, понимая, какое «светлое будущее» им уготовано: уже где-то на горизонте маячит перестройка, Чернобыльская АЭС и распад Союза, поколение Артурика назовут потерянным, а такие высококлассные специалисты как его отец будут работать не в руководстве КамАЗа, а электриками в ЖЭКе… Хотя заключительные строчки романа звучат как гимн советскому человеку и вселяют какую-никакую надежду: «Но мы, наверное, что-нибудь придумаем».

Penelopa2 написал(а) рецензию на книгу
Оценка:

Принято считать, что особенно интересно читать о недавнем прошлом тем, кто жил как раз в описываемое время в описываемом месте. Видимо, я не самая целевая аудитория для этого романа – жила немного не в это время и главное – в сравнительно благополучном городе. Но тем не менее, получила абсолютно реальное погружение в эпоху, честное и точное. Куда там Марининой с ее картонным прошлым в последнем романе. Все это было именно так, с точностью до мелочей, и унизительное стояние в очереди за тремя апельсинами, и постоянное несовпадение каких-то копеечных винтиков и гаечек, из-за чего дорогущий, с трудом приобретенный агрегат стоял бесполезной железякой, пока народные умельцы не доводили его до ума, будь то «Вятка-автомат» или миксер отечественного производства, у которого метелки для взбивания вываливались из гнезд из-за отсутствующего винтика. И ведь это не основная идея романа, это фон, это быт, но быт абсолютно точный. Равнодушные врачихи в женской консультации, встречающие любую женщину словами – «Рожать будешь, или как?»-все это было именно так.

И вот на этом достоверно показанном фоне развивается жизнь молодого перспективного города. Города категории один, города, которому предназначено стать индустриальным гигантом, города, в который было вбухано немеряно денег, но результат оказался очень краткосрочным. Но еще, вопреки всем намерениям в этом городе сформировалась та модель общества, которая двадцать лет спустя заполонила все города нашей страны. Образцово выращенные молодые волчата, разделенные незримыми стенками комплексов. «Вы из какого комплекса?» - «Ах, не наши? Ну тогда получайте», и вот смертный бой. Никакие профессиональные преступники не сработали бы лучше. Было и противодействие. «Добро должно быть с кулаками», писал поэт. Вот оно, добро. БКД, «боевая комсомольская дружина», будущие стопхамы, наслаждающаяся своей властью и вседозволенностью, хоть и в малых размерах. И вроде все правильно, мы следим за порядком, а на деле? Сопляк, хватающий взрослых женщин за руку – «а почему вы не на работе в рабочее время ?» и жухнущий в ужасе, лишь только жертва показала зубки. И то сказать, погонят с непыльной работки, придется назад, в литейку возвращаться.

В этом молодом городе живет Артур, перед нами жизнь четырнадцатилетнего мальчишки, кусок жизни, полгода, от последнего лета детства до серьезного взросления. Непростая структура книги, повествование ведется то от имени Артура, то с позиции отца, главного энергетика литейного завода, то мы смотрим на происходящее глазами Марины, юной выпускницы педвуза, горящей желанием учить не только языку, но и добру. И у каждого свои ошибки, свои недостатки, но зато каждый очень живой и реальный, и язык у каждого свой.

Очень интересна фигура Виталия, Витальтолича. Недавний сельский парень, прошедший Афган, который одновременно научил его святым понятиям дружбы и преданности, но и вытравил остатки человечности. Он и симпатичен своей верой в справедливость, своими в общем-то правильными принципами, но одновременно и страшен своей полной бесчеловечностью. Звериная жестокость, с которой он избивает в хлам сельских гопников, явившихся в летний лагерь с оружием или несостоявшегося насильника любимой девушки отталкивает и настораживает. Да, не спорю, все они мразь и сами нарвались, и мешают нам жить, но все равно страшно. Рано или поздно эта слепая жестокость обернется против своих, и это происходит. Так же спокойно и равнодушно он оставляет умирать на морозе своих недавних друзей, мальчишку, считавшего его старшим братом, отца мальчишки, которого сам же уважал и сам же подвел, потому что они ему мешают жить, так же спокойно бросает любимую девушку, потому что ее истерика мешает ему жить. И напрасно автор закончил его жизненный путь, Витальтоличи еще натворят дел, искренне веря в свою правоту.

И еще немалую долю в рассказе занимает национальный вопрос. Я не хочу углубляться, именно чтобы ненароком не наступить на больное, но … что такое татарский вопрос, что такое смешанные семьи , особенно в татарском городе в 70-е - я представляю.

Книга яркая, правдивая, честная. Советую.

Собери их всех, клетка 3F “Под защитой ветвей”
+
Большое спасибо Вике SantelliBungeys за совет. Вика, оно того стоило.

admin добавил цитату 4 месяца назад
И место отличное: берег Камы, лесостепь, круглый год тридцать градусов, только летом плюс, а зимой минус.
admin добавил цитату 4 месяца назад
Давай мы теперь будем всякое говно бояться и ходить только там, где оно не валяется.
admin добавил цитату 4 месяца назад
Друг — это ж не самый умный или там самый красивый. Этот тот, за кого ты любому пасть порвешь. И он за тебя. А то, что он мудак и дебил, вопрос второй.
admin добавил цитату 4 месяца назад
Праздничная еда в непраздничном настроении неуместна и нехороша на вкус.
admin добавил цитату 4 месяца назад
Мужики любят, когда в голову шибает. Некоторые только ради этого и живут – а некоторые рождаются шибанутыми, чем и счастливы.