Андрей Воронов — старший сын Савелия, известного криминального авторитета по кличке Черный Ворон. Андрей возвращается из Нью-Йорка, где провел долгие тринадцать лет, пока его отец строил свою империю на крови и костях. Но это далеко не все чудовищные тайны, которые скрывает Савелий Воронов. Андрей даже не представляет, в каком мерзком болоте из лжи и грязи он увязнет, когда ступит на родную землю, где близкое окружение напоминает кодлу змей. ▪️▪️▪️ ВНИМАНИЕ. ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ. Жестокость,...
Стаей волков можно управлять только если с ними гнилые кости обгладывал и добычу валил. Сам валил и делился со своими. Чистеньких вожаками не выбирают, Ворон. Сам знаешь.
Настоящая власть не может быть дана, она может быть взята...
Не важно в какой стране мира ты находишься - решать дела всегда будут деньги и связи, вернее, количество первых и качество вторых.
..потому что насилие - это страшно. Это хуже убийства. Это изменение психики навсегда. После него ты становишься другим человеком.
Я верила людям, верила в людей и хотела мира во всем мире. Таких, как я, жизнь обычно топит в первом же болоте и выжигает все иллюзии волдырями самых нелепых и болезненных ошибок. До шрамов. Чтоб запомнила. Навсегда. Жизнь не любит наивных и слабых, она, как и любая жестокая, хищная тварь, чувствует жертву и тут же ставит на колени, тыкает лицом в грязь. И ты либо ломаешься окончательно, либо чему-то учишься.
..это заблуждение считать, что месть может утолить твое отчаяние. Она - просто орудие в руках нашего бессилия перед невозможностью повернуть время вспять.
Всегда помни, что толпа, рукоплещущая твоей коронации - та же толпа, которая будет рукоплескать твоему обезглавливанию. Люди любят шоу. ( Терри Пратчетт)
Потери… особенно те, в которых вы виноваты сами, режут поглубже и посильнее любого лезвия.
Хочешь уничтожить стену – начни разбирать ее по кирпичу. По одному, постепенно, это не будет бросаться в глаза, не вызовет лишних подозрений, но пройдет месяц, полгода, год – и от нее мало что останется.
Не нужно причинять боль, чтобы убить, не нужно бить словами, можно просто вышвырнуть на обочину жизни и проехать рядом, как мимо ненужного мусора или хлама. Равнодушие и молчание ломают похлеще любых оскорблений и унижений.
Жизнь не любит наивных и слабых, она, как и любая жестокая, хищная тварь, чувствует жертву и тут же ставит на колени, тыкает лицом в грязь. И ты либо ломаешься окончательно, либо чему-то учишься.
Так интересно – на свете куча имён. Вокруг тысячи имён. Они повторяются. Ты их слышишь. Произносишь, читаешь, и ни одно из них не имеет для тебя никакого значения и даже кажется самым обыкновенным. Неприметным. И вдруг ты встречаешь кого-то, и оно начинает звучать иначе.
если проблему с дорогами решить удалось, то идиоты – неистребимы!
Не важно, насколько человек нам близок, он может считать себя самым незаменимым, необходимым как воздух, и вдруг оказывается, что именно поэтому его вышвырнули из жизни гораздо быстрее, чем чужого. Потому что близким не прощают то, что можно простить чужим. Потому что только близкие знают, куда бить, и делают это изощренно метко, при этом зная, какую боль причиняют
Нет никаких канонов мужской красоты, нет ничего, чем можно было бы ее охарактеризовать, кроме собственной реакции на визуальный раздражитель в совокупности со всеми остальными факторами, которые делают именно этого мужчину до безумия привлекательным именно для вас… и для других.
Пытаясь сорвать с врага маску, мы рискуем увидеть там свое отражение.
Единственная смерть, с которой нельзя смириться, – это ваша собственная.
У человека всегда есть выбор: взять под контроль свои эмоции, сохранять здравый смысл и держаться с достоинством, даже когда к сердцу подбирается ядовитый плющ страха, или поддаться истерике, выпуская на поверхность испуганного, слезливого ребенка.
Случайности не существует – все на этом свете либо испытание, либо наказание, либо награда, либо предвестие.
Вольтер
Если вам кажется, что вид на звездное небо с шикарной высотки не такой, как с балкона обычной советской хрущовки, значит, вас интересует совсем не небо. То же самое касается страха, тревоги и боли: на какой из краев света бы вы не сбежали, то, что внутри, всегда будет вами управлять.
Разве трудно простить человека? Нет, конечно… Трудно заново ему поверить…
Расслабляться можно только там, где чувствуешь себя в безопасности, а это понятие уже стало относительным. Как и доверие.
Язык силы убедителен, но только если им владеет тот, кто обладает умом и железной волей.
Жестокость не всегда является злом. Злом является одержимость жестокостью…
Джим Моррисон
Тот, кто теряет, учится ценить. Тот, кто обретает вновь, будет грызть землю, но не позволит себе потерять опять.