Цитаты из книги «Полночь» Дин Кунц

23 Добавить
Размеренная жизнь маленького курортного городка Мунлайт-Ков неожиданно превращается в кошмар. За короткое время десятки его обитателей становятся жертвами загадочных зверских убийств. «Раскручивая» это дело, тайный агент ФБР выясняет, что убийцы – монстры, созданные «злым гением» ученого-компьютерщика, одержимого маниакальной идеей стать властелином человечества.
Если всё время смотреть в будущее со страхом и ждать конца радостных дней, то никогда не удастся познать радость до конца.
Бога оскорбить не так-то легко. Если бы он был таким слабонервным, он бы давно перестал нянчиться с человеческим родом.
Люди со здоровыми руками и ногами вообще относятся к инвалидам с предубеждением, им кажется, что паралич рук и ног не может не отразиться на голове.
Она оплакивала ещё одну, невыразимую словами потерю, потерю наивной веры в торжество добра над злом.
...Мы сами создаём для себя большинство наших страхов. Если мы можем их создать, значит, мы в состоянии также и избавиться от них.
Только в семье человек изо дня в день доказывает через отношение к конкретным людям свою любовь к человечеству.
Близкое знакомство со смертью может иногда вызвать удивительные мысли.
"Беда не в технике ,а в нас самих"
… Ему пришло в голову, что все эти события так волнуют людей, потому что это не просто сравнительно недавно возникшее противоречие между человеком и машиной, нет, это вечное, мучающее людей с незапамятных времен противоречие между ответственностью и нежеланием брать ее на себя, конфликт между культурой, цивилизацией и дикостью, темными первобытными инстинктами, между непрестанно борющимися в душе человека жаждой власти и отрицания, ниспровержения всего и вся.
Человек, пытающийся глубоко чувствовать и логически рассуждать в одно и то же время, похож на фокусника-велосипедиста, который удерживает равновесие на одном колесе на проволоке, натянутой высоко над землёй, одновременно жонглируя серебристыми булавами, сверкающими в воздухе.
Шесть миль каждый вечер. Двадцать лет подряд. Джэнис Кэпшоу считала, что выглядит лет на десять моложе в свои тридцать пять именно благодаря этому.
Послушай, мальчик мой, ты будешь любить меня и волноваться и тревожиться обо мне, это придёт к тебе так или иначе, раньше или позже. Да, да, так и будет.
... обвинять во всех этих ужасах инопланетян, - это всё те же попытки снять ответственность с тех, на ком она действительно лежит, то есть с нас, людей, обладающих удивительными и неисчерпаемыми возможностями ранить и мучить друг друга.
Человек способен создать собственными руками на земле такой ад, который не способен придумать на бумаге никакой писатель, работающий в жанре триллера.
Можем ли мы доверить компьютеру переделку нашего мира, нашей жизни без риска оказаться в какой-то момент в его власти?
Когда рушатся устои и пробуждаются первобытные инстинкты, нет покоя нигде, даже на ступенях храма
"Неужели, страх будет единственным чувством, которое расцветёт в этом прекрасном новом мире, создаваемом нами?"
Если вы гений в своей области, люди ждут от вас необычных выходок. А если у вас на счету сотни миллионов долларов, вам простят все, что угодно.
По дороге он затеял жестокую и слегка забавную игру с самим собой: он начал составлять в уме список причин, по которым ему хотелось бы еще пожить на белом свете. Хотя ехал он уже часа полтора, в голову ему пришли всего четыре вещи: пиво «Гиннес», хорошая мексиканская кухня, Голди Хоун и страх смерти.
Но запомни, её уже не вернёшь, а твоя первая обязанность - сохранить себя.
Для думающего существа не может существовать наслаждений без чувств.
Никто, кроме людей, не несёт на себе двойное бремя интеллекта и чувств, это страшно усложняет жизнь; вы либо постоянно думаете о своих чувствах, вместо того, чтобы действовать инстинктивно, либо стараетесь понять, какое чувство вы должны испытывать в данной ситуации...
admin добавил цитату из книги «Полночь» 5 лет назад
Человек, пытающийся глубоко чувствовать и логически рассуждать в одно и то же время, похож на фокусника-велосипедиста, который удерживает равновесие на одном колесе на проволоке, натянутой высоко над землёй, одновременно жонглируя серебристыми булавами, сверкающими в воздухе.