Русская классическая проза
Константин Михайлович Станюкович — талантливый и умный, хорошо знающий жизнь и удивительно работоспособный писатель, создал множество произведений, среди которых романы, повести и пьесы, обличительные очерки и новеллы. Произведения его отличаются высоким гражданским чувством, прямо и остро решают вопросы морали, порядочности, честности, принципиальности. В пятый том вошли рассказы и повести: «Куцый», «Исайка», «В тропиках», «Беспокойный адмирал», «Решение», «История одной жизни», «Вестовой...
Константин Михайлович Станюкович — талантливый и умный, хорошо знающий жизнь и удивительно работоспособный писатель, создал множество произведений, среди которых романы, повести и пьесы, обличительные очерки и новеллы. Произведения его отличаются высоким гражданским чувством, прямо и остро решают вопросы морали, порядочности, честности, принципиальности. В седьмой том вошли рассказы и повести: «Матроска», «Побег», «Максимка», «„Глупая“ причина», «Одно мгновение», «Два моряка», «Васька», и...
В настоящее издание входят избранные повести и рассказы А. Н. Толстого, относящиеся к разным периодам его творчества (1913–1944): «Приключения Растегина», «Детство Никиты», «Повесть смутного времени», «Гадюка» и др.
https://traumlibrary.ru
Константин Михайлович Станюкович — талантливый и умный, хорошо знающий жизнь и удивительно работоспособный писатель, создал множество произведений, среди которых романы, повести и пьесы, обличительные очерки и новеллы. Произведения его отличаются высоким гражданским чувством, прямо и остро решают вопросы морали, порядочности, честности, принципиальности. В четвертый том вошли рассказы и повести: «Вдали от берегов», «Женитьба Пинегина», «В море», «Светлый праздник», «Маленькие моряки»,...
Константин Михайлович Станюкович — талантливый и умный, хорошо знающий жизнь и удивительно работоспособный писатель, создал множество произведений, среди которых романы, повести и пьесы, обличительные очерки и новеллы. Произведения его отличаются высоким гражданским чувством, прямо и остро решают вопросы морали, порядочности, честности, принципиальности.
В шестой том вошел рассказ «Кириллыч» и роман «Вокруг света на „Коршуне“».
Константин Михайлович Станюкович — талантливый и умный, хорошо знающий жизнь и удивительно работоспособный писатель, создал множество произведений, среди которых романы, повести и пьесы, обличительные очерки и новеллы. Произведения его отличаются высоким гражданским чувством, прямо и остро решают вопросы морали, порядочности, честности, принципиальности.
В восьмой том вошли рассказы и повести: «Матросик», «Оплата», «Шутки», «Похождения одного матроса».
В книгу включены избранные рассказы русского писателя и журналиста Лазаря Осиповича Кармена (1876–1920) из циклов: «Дикари», «Дети-глухари», «Рассказы о пятом годе» и др., посвященные, в основном, жизни бедного одесского люда — портовых рабочих, обитателей ночлежек и т. д.
Короткая история перехода парового клипера «Отважный» из Кронштадта на Дальний Восток: знакомство с жителями островов Зеленого мыса, традиционное «морское крещение» при переходе через экватор, ссоры среди офицеров и прочие бытовые подробности жизни на военных судах конца XIX века.
Повесть Константина Станюковича «В море!» рассказывает о молодом морском лейтенанте Скворцове, который после интрижки с замужней женщиной, адмиральшей, бежит в море, чтобы скрыться от её назойливой любви.
Иллюстрации художника П. Пинкисевича.
В Страстную субботу, среди океана, вдали от родины, большая часть матросов, преимущественно старики, находятся в торжественном настроении. Они рады, что шторм прекратился и можно встретить праздник, помолиться и разговеться после недели поста…
Это рассказ о чуде и надежде, о том, что никогда нельзя унывать, несмотря на все трудные обстоятельства жизни: и еще о том, что в каждом человеческом сердце есть искорка, делающая его способным на добрые дела и поступки, на самоотверженность ради другого.
Отставной вице-адмирал Максим Иванович Волынцев встречает своего сына Сергея, тоже морского офицера, которого не видел целых шесть лет. Сын имеет блестящий и лихой вид, он заваливает семью дорогими подарками, его хвалит капитан крейсера. И все-таки что-то тут не так, что-то не дает отцу покоя…
Клипер «Ястреб» застигнут бурей в одной из сахалинских бухт. Капитан, не послушав советов опытного старшего штурмана, промедлил с выходом в открытое море, где выдержать шторм было бы проще. И теперь ему одному нести ответственность за неверное решение…
Господин Неволин, находящийся на излечении в пансионе маленького французского городка, каждый день ходит на вокзал встречать жену, которая почему-то всё не едет к тяжело больному мужу.
Иллюстрация П. Пинкисевича.
Во время дальнего плавания матросы рады пристать ко всякому городу, ведь каждый новый порт сулит море бесчисленных наслаждений…
Это история любви жены рулевого Груни — единственной красивой женщины на судне, где царят суровые мужские порядки.
Иллюстрация П. Пинкисевича.
Рассказ, по словам Станюковича, был написан по «горячим следам» уголовного процесса над «Червонными валетами» — молодыми авантюристами из привилегированных слоев общества.
Рассказчик решает сменить меблированные комнаты на более уютное жилье и поселяется рядом со странной супружеской четой, чье поведение вызывает множество вопросов.
«Растрепанно и сумрачно как-то высматривают на божий свет дома, в которых есть эти так называемые комнаты снебилью. Лучшие дни молодых годов моих безвозвратно прожиты мною в этих тайных вертепах, где приючается, как может, пугливая бедность…»
«…Хотелось поскорее добраться до ночлега, потому что совсем свечерело и в воздухе ощутительно распространялись прохлада и тишина ночи.
Впереди меня, в влажном от вечернего тумана воздухе, неясно рисовались крыши деревенских изб…»
«Зимой еще можно кое-как жить в Петербурге, потому что безобразный гомон многотысячных столичных жизней отлично разбивается об эти тяжелые, двойные оконные рамы, завешенные толстыми сторами, заставленные массивными цветочными горшками изнутри и запушенные инеем снаружи…»
«Америка имеет девственные леса, девственную почву, а Москва имеет девственные улицы. Говорю о таких лесах и таких улицах, где ни разу не бывала нога человека. Я, по-настоящему, должен был бы показать, каковы именно эти леса, для того, собственно, чтобы читатель знал, как именно думать ему о девственности московских улиц; но в первом случае я рекомендую ему романы Купера, а во втором – мой собственный рассказ, и результат этой рекомендации будет таков, что из романов Купера он почерпнет...
«Был у нас на посаде мужичонка один – сапожник. Мы его взяли и прозвали Шкурланом, потому он того заслуживал. И утром рано, и ночью поздно все, бывало, пьяный шатается он по посадским улицам и орет – и все это он одну и ту же поговорку орал…»
«Больной и измученный иду я по большой дороге – и вьется она предо мною бесконечно длинною лентой. Полдневное солнце палило мучительно голову, и ни одна мысль не могла войти в нее, хотя я и делал все усилия, чтобы подвинуть к деятельности мой мозг и тем сократить дорогу…»