Опять сработал закон парных случаев.
Недавно в комментариях вспомнила анекдот про тесный мир: «Как тесен мир» — подумал врач, назначая гаишнику по шесть клизм в день.
И вот романчик про практически то же самое. У пышной дамы нереализованная любовь-морковь и оскорбление на выпускном, а к ней в цепкие медицинские лапы попадает её "предмет". Странно выглядит такая долгоиграющая одержимость у взрослой дамы-медика, но пусть будет.
Я не жду ничего мстявого, кроме ругачек. Жанр не позволит.
Но помечтать-то можно?
В остальном всё довольно мило.
— Алинка, ты чего, как изваяние, встала? — в дверях появляется санитарка тетя Зина, в вечном своем накрахмаленном колпаке. — Мертвый, что ли? Вздрагиваю. И она туда же. — Нет, — отвечаю, не отрывая взгляда от моего личного дьявола. — Живой. Даже слишком. — Ну и чего стоишь? Давай оформляй. — Он мой бывший одноклассник, — выдыхаю зачем-то. Тетя Зина поднимает брови домиком. — О, дела. Любовь-морковь? — В прошлом, — поправляю ее. — Сейчас — чистая неприязнь и желание поставить ему мильгамму...
Недавно в комментариях вспомнила анекдот про тесный мир: «Как тесен мир» — подумал врач, назначая гаишнику по шесть клизм в день.
И вот романчик про практически то же самое. У пышной дамы нереализованная любовь-морковь и оскорбление на выпускном, а к ней в цепкие медицинские лапы попадает её "предмет". Странно выглядит такая долгоиграющая одержимость у взрослой дамы-медика, но пусть будет.
Я не жду ничего мстявого, кроме ругачек. Жанр не позволит.
Но помечтать-то можно?
В остальном всё довольно мило.