Это же такой чудесный, бытовой, умный, изощренный и ядовитый юмор и сарказм, что просто именины сердца, майский день! Читаю и умиляюсь.
Одновременно в голове на репите по поводу мужа: "Ой, дурень, ой, дурень!"
И ведь достаточно комплексный персонаж, разносторонний, а такую дурь устроил.
Хоть и не люблю я эту избитую фразу, но, действительно, чтобы понять и проникнуться, надо именно потерять. А теперь танцуй на пузе, чтобы с тобой хотя бы здоровались не через зубы.
Много интересных персонажей. Одна прабабуля жжОт напалмом и вызывает ностальгические воспоминания о моей собственной незабвенной бабушке, от которой народ в семье брызгами разлетался.
Много интересных ситуаций. И повозмущаться можно, и похихикать, и взгрустнуть.
Очень понравилось. Редко такое встречается.
Почитаю ещё книги этой писательницы.
— Бабу после сорока любить трудно, то у тебя работа, то прострел в пояснице. Так скоро песок из тебя посыпется… — усмехнулся зло муж, дергая воротник рубашки со следами помады своей грымзы, которую притащил на праздник наших друзей. — Так и ты не молодеешь, — грустно улыбнулась, глядя в глаза мужу, с которым у меня был двадцатилетний брак и двое уже взрослых детей. — Или надеешься, что она с тобой из симпатии к твоему радикулиту? Брось, Яш… — Любовь любовью, — больно стиснул мое предплечье. —...
Одновременно в голове на репите по поводу мужа: "Ой, дурень, ой, дурень!"
И ведь достаточно комплексный персонаж, разносторонний, а такую дурь устроил.
Хоть и не люблю я эту избитую фразу, но, действительно, чтобы понять и проникнуться, надо именно потерять. А теперь танцуй на пузе, чтобы с тобой хотя бы здоровались не через зубы.
Много интересных персонажей. Одна прабабуля жжОт напалмом и вызывает ностальгические воспоминания о моей собственной незабвенной бабушке, от которой народ в семье брызгами разлетался.
Много интересных ситуаций. И повозмущаться можно, и похихикать, и взгрустнуть.
Очень понравилось. Редко такое встречается.
Почитаю ещё книги этой писательницы.