Автор себе не изменяет. Жизнь героя течёт расписанно и размеренно: идея, собрание, очередное кадровое или технологическое решение императора, посмотрел в окно, записал в дневник, конец главы.
Жизнь страны радением мудрого императора бодро, хотя и медленно, идёт по пути прогресса. Удивительно! Герой в своём попадании всего ничего, три года, а наделал столько, что Петр I тихо плачет в уголочке.
Радует преображение Владимира Александровича из сибарита, интригана и вечного завистника в государственника, царева соратника и даже сильно похудевшего человека. Такое ощущение, что автор тётку Михень ликвидировал и никому не похвастался. Да и вся семья Владимировичей отсутствует в этой реальности, настолько дядя императора ему лоялен и лишён ненужных амбиций.
С большим сожалением следует признать, что это всё - безнадёжная графомания.
Что, если история Российской империи пошла бы иначе? Октябрь 1894 года. Кризис-менеджер из Новосибирска Кирилл Воронов: гениальный стратег, человек, привыкший спасать обречённые заводы и просчитывать ходы на десять лет вперёд, попадает в тело цесаревича Николая Александровича. До коронации две недели. Империя трещит по швам, казна пуста, а ближайшие родственники готовят регентский заговор. Но Кирилл это не тот Николай, которого помнит история. Вооружённый знанием будущего и холодным...
Жизнь страны радением мудрого императора бодро, хотя и медленно, идёт по пути прогресса. Удивительно! Герой в своём попадании всего ничего, три года, а наделал столько, что Петр I тихо плачет в уголочке.
Радует преображение Владимира Александровича из сибарита, интригана и вечного завистника в государственника, царева соратника и даже сильно похудевшего человека. Такое ощущение, что автор тётку Михень ликвидировал и никому не похвастался. Да и вся семья Владимировичей отсутствует в этой реальности, настолько дядя императора ему лоялен и лишён ненужных амбиций.
С большим сожалением следует признать, что это всё - безнадёжная графомания.