Набор пугалок из пионерлагеря.
Героиня умирает. Страшно? Нет? Щас будет страшно.
Муж ей изменяет. Страшно? Нет? Щас будет страшно.
Горничная её травит. А теперь страшно? Ха! Ещё не так напугаю!
Муж у неё всё отнимет, а её сдаст в дурку. А ещё он в молодости... но тсс!
Вот тут мне стало страшно за психику авторицы.
А потом начались массовые забеги роялей по кустам с элементами мистики, массажа и ясновидения.
А ещё потом все начали искать вчерашний день. Нашли.
А ещё и трупы косяками.
И тут настал хэппи энд.
Что, совсем не страшно? Нууу...
— Убери руки! — Что с тобой, милая? Милая… Уже не родная и не любимая. — Я хочу, чтобы ты уволил Алису. — Нет. — Меня не устраивает наша горничная, — цежу сквозь зубы. — Меня устраивает, — в голосе Генриха звучит насмешка. Если бы у меня были силы, я бы влепила ему пощёчину. Но я никогда не посмею. Муж больше не любит меня. Он просто ждёт моей смерти. Даже не спрашивает, почему я прошу уволить эту девку. Изменяет мне с ней, представляя мои пышные похороны. Надеется, что я даже не дождусь...
Героиня умирает. Страшно? Нет? Щас будет страшно.
Муж ей изменяет. Страшно? Нет? Щас будет страшно.
Горничная её травит. А теперь страшно? Ха! Ещё не так напугаю!
Муж у неё всё отнимет, а её сдаст в дурку. А ещё он в молодости... но тсс!
Вот тут мне стало страшно за психику авторицы.
А потом начались массовые забеги роялей по кустам с элементами мистики, массажа и ясновидения.
А ещё потом все начали искать вчерашний день. Нашли.
А ещё и трупы косяками.
И тут настал хэппи энд.
Что, совсем не страшно? Нууу...