Скажу сразу – книга мне очень понравилась, такая прям горячая и играющая на нервах, что прям ух!
Джордан, конечно, обладает всеми прелестями любовных романов – молодая, сочная, сексуальная, при этом гордая, независимая и хозяйственная. Целеустремленно учится и пытается расправиться с финансовой нагрузкой. Не такая жизнь должна быть у девятнадцатилетней девушки.
Её отношения с Пайком начались с искры и продолжались также – сгорая от желания друг друга и осознания того, насколько неправильные у них отношения.
Но несколько раз меня в книге царапала мысль о том, насколько тонка грань между «папочкой» и «парнем», заботой и абьюзом.
В целом, эти герои очень подходят друг другу в плане зрелости – тот же самый сын Пайка, бывший Джордан, вполне тот раздолбай, что ок для 19. А на саму Джордан навалилось столько, что ни одной легкомысленной не вывезти.
Когда Джордан поддалась на уговоры своего парня временно пожить под одной крышей с его отцом, она даже представить не могла, чем обернется это соседство. Но ради того, чтобы сэкономить немного денег, согласилась выполнять нехитрую работу по дому, о которой попросил хозяин в обмен на проживание. Пайк Лоусон сразу же показался девушке угрюмым и нелюдимым. Еще бы! Он давно привык жить один, а не делить кров с взрослым сыном и его подружкой. Но скоро девушка замечает, что у нее появляется к Пайку...
Джордан, конечно, обладает всеми прелестями любовных романов – молодая, сочная, сексуальная, при этом гордая, независимая и хозяйственная. Целеустремленно учится и пытается расправиться с финансовой нагрузкой. Не такая жизнь должна быть у девятнадцатилетней девушки.
Её отношения с Пайком начались с искры и продолжались также – сгорая от желания друг друга и осознания того, насколько неправильные у них отношения.
Но несколько раз меня в книге царапала мысль о том, насколько тонка грань между «папочкой» и «парнем», заботой и абьюзом.
В целом, эти герои очень подходят друг другу в плане зрелости – тот же самый сын Пайка, бывший Джордан, вполне тот раздолбай, что ок для 19. А на саму Джордан навалилось столько, что ни одной легкомысленной не вывезти.