Тёмненькое остросюжетное фэнтези со старыми и новыми убийствами, тайнами, попаданкой и (как бы) драконами, собранное по принципу почти герметичного детектива. Почти - потому что к первоначальному составу действующих лиц в какой-то момент добавляется ещё небольшая толпа народу (с громким названием Совет). Герметичность сюжета сопровождается полным отсутствием сведений об окружающем мире, что делает абсолютно невнятными мотивы всех произошедших в прошлом и происходящих в настоящем событий. As is - злодейские злодеи гнобили по полной бедных безответных девиц из поколения в поколение, а на кой хрен они это делали - науке пока неизвестно.
В текущих событиях тоже очень много приходится домысливать, так как со связностью у сюжета всё довольно грустно. И это всё с учётом невменяемого изложения (но тут уже "стиль" - он как фломастеры, может просто мне не зашёл 🤷).
И да, объясните мне уже кто-нибудь - в чём всё-таки заключалась по факту измена подлого изменщика? По щёчке дамочку погладил? Или за талию приобнял? Не, ну правда. Ни малейшего упоминания о чём-нибудь более развратном я так и не нашла 🤔 (но это так, к слову 🫣).
Текст ваялся явно с участием нейросети. Помимо очень странного стиля он плохо зачищен от меток и, видимо, не вычитан (это особенно заметно в первой половине книги).
То записка, начинающаяся с обращения: "Ливия, я ..." и следом оценка записки героиней, дословно: "Ни обращения по имени вначале."
То из уст героини (!): "Совет дал Селесте Вирн три месяца жить в доме моей жены?"
То мужик с перепугу "стал цветом старого творога".
То не удалённый промт со спойлером о дальнейшей роли в развитии сюжета впервые упомянутого персонажа.
То "метка права на суд" на руке, которая проявилась под (!) повязкой, повязку сняли в личных апартаментах (!), без посторонних лиц, и тут же, следом, один из присутствующих заявляет "в малой гостиной знак видели не меньше десяти человек". Рентгеновское зрение, не иначе, у всех десяти...
Героиня (Ливия) постоянно говорит о себе в третьем лице - "Ливия видела", "Ливия искала", пару раз вообще открыто заявляет, что Ливия умерла, и ни у кого половину книги даже мысли не возникает, что что-то неладно. (А вторую половину ей тем, что она чужая душа в теле Ливии, весьма старательно тычут в физиономию при каждом удобном случае.)
На фоне всех ляпов, нестыковок, повторов и сюжетных странностей, "собачья псарня" под конец меня как-то даже умилила 🤭
В день годовщины брака я застала мужа с другой. Лорд Эйран Дрейкхолд, великий дракон Севера, даже не попытался оправдаться. — Ты знала, что этот брак был долгом. Не унижай себя слезами. Он не знал одного: прежняя Ливия умерла в ту же ночь. А в ее теле очнулась я — женщина, которая уже пережила измену и больше не собирается быть удобной женой. Мне предлагают молчать, терпеть и сохранить лицо рода. Нет. Я потребую развода. Верну себе имя. Разобью ложь, которой меня опутали. И если дракон однажды...
В текущих событиях тоже очень много приходится домысливать, так как со связностью у сюжета всё довольно грустно. И это всё с учётом невменяемого изложения (но тут уже "стиль" - он как фломастеры, может просто мне не зашёл 🤷).
И да, объясните мне уже кто-нибудь - в чём всё-таки заключалась по факту измена подлого изменщика? По щёчке дамочку погладил? Или за талию приобнял? Не, ну правда. Ни малейшего упоминания о чём-нибудь более развратном я так и не нашла 🤔 (но это так, к слову 🫣).
Текст ваялся явно с участием нейросети. Помимо очень странного стиля он плохо зачищен от меток и, видимо, не вычитан (это особенно заметно в первой половине книги).
То записка, начинающаяся с обращения: "Ливия, я ..." и следом оценка записки героиней, дословно: "Ни обращения по имени вначале."
То из уст героини (!): "Совет дал Селесте Вирн три месяца жить в доме моей жены?"
То мужик с перепугу "стал цветом старого творога".
То не удалённый промт со спойлером о дальнейшей роли в развитии сюжета впервые упомянутого персонажа.
То "метка права на суд" на руке, которая проявилась под (!) повязкой, повязку сняли в личных апартаментах (!), без посторонних лиц, и тут же, следом, один из присутствующих заявляет "в малой гостиной знак видели не меньше десяти человек". Рентгеновское зрение, не иначе, у всех десяти...
Героиня (Ливия) постоянно говорит о себе в третьем лице - "Ливия видела", "Ливия искала", пару раз вообще открыто заявляет, что Ливия умерла, и ни у кого половину книги даже мысли не возникает, что что-то неладно. (А вторую половину ей тем, что она чужая душа в теле Ливии, весьма старательно тычут в физиономию при каждом удобном случае.)
На фоне всех ляпов, нестыковок, повторов и сюжетных странностей, "собачья псарня" под конец меня как-то даже умилила 🤭