Все время, пока читала, в голове билась одна мысль: так не должно, не должно быть! Я даже толком не знаю, к чему эта мысль относится - к женщинам на войне, или к войнам вообще, но так не должно быть. Я как-то впервые задумалась, что когда бы не читала воспоминания о женщинах ВОВ, всегда это были пафосно-романтические истории о героинях, мужественно сражавшихся и побеждающих. И нигде не встречала о том, какого же им действительно приходилось там - слабым, хрупким. И никогда не встречала воспоминаний о женщинах-военнопленных. Не выживали? Читала про Ольшу и представляла их, с покалеченной душой, умерших внутри. Сказочно повезло Ольше, что она встретила Брента. Мне Ольша представлялась покрытой толстой коркой льда вперемешку с кровью, болью, грязью, и Брент своим теплом протаивал окошки в этой корке, хотя ему самому немногим легче было. Болью отозвалось, когда в конце истории выяснились конкретные причины произошедшей со страной катастрофы - амбиции и жажда власти одного зарвавшегося человека.
Они совершенно чужие люди: Брент едет через всю страну по секретному поручению королевича, а Ольша всего лишь пытается добраться до дома. Он ценный специалист и привык к хорошим условиям, а она только и видела, что кровь, грязь и отчаяние. Они встретились случайно. Но так уж вышло, что дорога у них — одна на двоих, и они разделят и крышу над головой, и постель, и страшные воспоминания, и груз ответственности, и застарелую боль. — Ты можешь рассказать мне, если хочешь. Я слышал, от этого...