Я попал в прошлое и оказался на Руси в сложнейшее время. На дворе середина XII века, князья воюют помеж собой, обильно сдабривая Землю-матушку русской кровью. Брат идет на брата на потеху и усладу вражинам заморским. Нет, не гоже Русь изнутри терзать! Не зря меня судьба сюда забросила - мне и наряд держать. А что князья? Как говорится, не хотят - заставим, не умеют - научим. Степняков и германцев это тоже касается. А еще Византия живет в своем быстро затухающем величии, уступая место...
Я попал в прошлое и оказался на Руси в сложнейшее время. На дворе середина XII века, князья воюют помеж собой, обильно сдабривая Землю-матушку русской кровью. Брат идет на брата на потеху и усладу вражинам заморским. Нет, не гоже Русь изнутри терзать! Не зря меня судьба сюда забросила - мне и наряд держать. А что князья? Как говорится, не хотят - заставим, не умеют - научим. Степняков и германцев это тоже касается. А еще Византия живет в своем быстро затухающем величии, уступая место молодым...
Я был матерым управленцем, разруливал кризисы и ставил на место вороватых чиновников. Но волею судьбы очутился в прошлом, в 2005-м году. Теперь я молодой специалист в районном Доме культуры.
Никаких полномочий, только бардак и начальство, живущее по принципу «бумага всё стерпит». Думают, что я буду молча наблюдать? Ошибаются.
Вот только мне чуть больше двадцати, и коллеги воспринимают меня как салагу. Что ж… их проблемы. Кончилась халява! Пора наводить порядок!
Я попал в прошлое и оказался на Руси в сложнейшее время. На дворе середина XII века, князья воюют помеж собой, обильно сдабривая Землю-матушку русской кровью. Брат идет на брата на потеху и усладу вражинам заморским. Нет, не гоже Русь изнутри терзать! Не зря меня судьба сюда забросила - мне и наряд держать. А что князья? Как говорится, не хотят - заставим, не умеют - научим. Степняков и германцев это тоже касается. А еще Византия живет в своем быстро затухающем величии, уступая место...
Стареющий писатель тихо доживает свой век на задворках жизни. Когда-то он блистал на бумаге, а теперь всеми забыт. Но судьба дает ему шанс начать все сначала. Он попадает в прошлое, а на дворе 1975 г. Он вчерашний ПТУ-шник, снова молод и полон сил. Кто сказал, что в СССР все равны? Писатели в Союзе в большом почете, им достаются слава, деньги и признание. Герой не намерен прозябать на заводе, ведь он знает, как пробиться на Олимп советской литературы. Вот только молодого паренька...
Стареющий писатель тихо доживает свой век на задворках жизни. Когда-то он блистал на бумаге, а теперь всеми забыт. Но судьба дает ему шанс начать все сначала. Он попадает в прошлое, а на дворе 1975 г. Он вчерашний ПТУ-шник, снова молод и полон сил. Кто сказал, что в СССР все равны? Писатели в Союзе в большом почете, им достаются слава, деньги и признание. Герой не намерен прозябать на заводе, ведь он знает, как пробиться на Олимп советской литературы. Вот только молодого паренька литературное...
Я попал в прошлое и оказался на Руси в сложнейшее время. На дворе середина XII века, князья воюют помеж собой, обильно сдабривая Землю-матушку русской кровью. Брат идет на брата на потеху и усладу вражинам заморским. Нет, не гоже Русь изнутри терзать! Не зря меня судьба сюда забросила - мне и наряд держать. А что князья? Как говорится, не хотят - заставим, не умеют - научим. Степняков и германцев это тоже касается. А еще Византия живет в своем быстро затухающем величии, уступая место...
Наш современник всю жизнь ненавидел коммунистов за то, что те в 1930-х репрессировали его родителей. На смертном одре отца, он дал клятву отомстить ненавистному режиму. Под конец длинной и насыщенной жизни, начавшейся с «подвальной качалки» и закончившейся мощной бизнес-империей, он жалел только об одном. О том, что обещание данное отцу осталось невыполненным. Как отомстить тем, кого уже нет? И судьба предоставила ему шанс поквитаться. В момент смерти сознание нашего современника перемешается...
Завершающий четвёртый том о приключениях нашего современника в теле самого ненавистного министра внутренних дел Протопопова. Российская Империя вернёт себе былое величие!
Продолжение приключений нашего современника в теле самого скандального министра Российской Империи — Александра Протопопова в разгар событий 1917 года. На его пути псевдопатриоты, буржуи, радикалы и ворох неразрешенных проблем. Но Империя должна выстоять. За Веру, Царя и Отечество!
Приключения нашего современника в теле самого ненавистного министра внутренних дел Протопопова — продолжаются. Прогрессивный блок получил чувствительный удар. Впереди предстоят допросы, борьба с ЗЕМГОР, ВПК, генералами и прочее, прочее, прочее.
Прихожу в себя в чужом теле — вокруг крики, на руках чья-то кровь. Передо мной мажор насилует девушку, уверенный, что связи отца спасут его от наказания. Как же знакомо… — С дороги, мразь! — бью ублюдка ногой в лицо. Только я уже не в 21 веке, а в теле стрельца, на дворе 1682 год. Москва бурлит и готова взорваться бунтом — лучше не придумаешь. В прошлой жизни влиятельный мерзавец убил мою семью. Откупился от правосудия, избежал наказания. Я устроил самосуд, погиб и получил второй шанс....
Я наемный убийца, и моя работа — вырезать опухоли гнилых миров. Цену называю, когда заказ выполнен. За неуплату убиваю, как бродячих псов. По рукам? Тогда показывайте свой гнилой мир. Так, что тут у нас? Война кланов, подпольные бои, контрабанда редких тварей… хм, плавали - знаем. Хотя — стоп, почему у меня тело сопляка-сироты? Где связной с именем жертвы? Почему никто не охраняет Разломы? И с чего этот лысый говорит, что я лишний на ринге? Допустим, вы меня заинтересовали! - Эй, мужик,...
Я наемный убийца, и моя работа — вырезать опухоли гнилых миров. Цену называю, когда заказ выполнен. За неуплату убиваю, как бродячих псов. По рукам? Тогда показывайте свой гнилой мир. Так, что тут у нас? Война кланов, подпольные бои, контрабанда редких тварей… хм, плавали - знаем. Хотя — стоп, почему у меня тело сопляка-сироты? Где связной с именем жертвы? Почему никто не охраняет Разломы? И с чего этот лысый говорит, что я лишний на ринге? Допустим, вы меня заинтересовали! - Эй, мужик,...
Говорят, все началось с пациента и с человека, который отказался дать ему умереть…
С тех пор прошло много лет.
Одни называют его убийцей. Другие прорезью между двумя мирами. А кто-то просто шепчет: он тот, кто вырежет опухоль.
В мире, где техника заменяет истину, а Путь стал рабством, появляется хирург, готовый поставить этому миру диагноз.
Очнулся — кровь на лице, палуба дрожит, пушки молчат. Французы на горизонте. На фрегате паника. Капитан-француз приказывает сдаться.
А я? Я ветеран. Прошел Великую Отечественную. И у меня один принцип: РУССКИЕ НЕ СДАЮТСЯ.
Теперь я в 1730-х. Успел поднять бунт на корабле, сохранить честь флага и попасть под военный трибунал.
Но я не сломаюсь.
Бирон, Анна Иоанновна, тайная канцелярия? Пусть приходят.
Я здесь не для того, чтобы вписаться в историю.
Я здесь, чтобы ее переписать.
Очнулся — кровь на лице, палуба дрожит, пушки молчат. Французы на горизонте. На фрегате паника. Капитан-француз приказывает сдаться.
А я? Я ветеран. Прошел Великую Отечественную. И у меня один принцип: РУССКИЕ НЕ СДАЮТСЯ.
Теперь я в 1730-х. Успел поднять бунт на корабле, сохранить честь флага и попасть под военный трибунал.
Но я не сломаюсь.
Бирон, Анна Иоанновна, тайная канцелярия? Пусть приходят.
Я здесь не для того, чтобы вписаться в историю.
Я здесь, чтобы ее переписать.