Как говорил мой дружбан на охоте: «Видишь, что утка высоко летит, всё равно стреляй. Попадёшь, не попадёшь, там видно будет. Но если не выстрелишь, то однозначно – не попал!»
– Не доверяю я этим электронным деньгам. По мне, так уж лучше твёрдый рубль в руке, чем эфемерные цифры где-то там, на фиг знает каком сервере.
– Твоими бы устами да водку пить, – не успокаивался Протасов.
Никому не отвечая, командир ударной группы с многозначительным видом достал свой РПР, вынул обойму, проверил боекомплект и с громким щелчком вернул её обратно. Вампиры разом притихли и чуть отшатнулись, стараясь укрыться друг за друга.
Это в кино и книгах они сверхсильные, бессмертные существа, для уничтожения которых требуются особые меры и специальное оружие. На практике же давно доказано, что три-четыре пули из «макарова», всаженные в башку кровососу, сделают из ожившего мертвеца мертвеца конченого. А в случае применения РПР хватит и одного выстрела.
У человека с улицы, попавшего сюда случайно, сложилось бы мнение, что прямо здесь, в этом зале проходил международный матч по американскому футболу, или же какой-то режиссёр, помешанный на реалистичности, снимал тут ремейк «Убить Билла – 2, 3, 4, 5…», заменив блондинку с катаной и маленьких японцев на двухметрового громилу с двуручным мечом и десяток таких же здоровяков с топорами. Так бы подумал посторонний, но только не майор.
– Итак, бойцы… – бодрым голосом начала было Варвара.
– Где бойцы? – безапелляционно прервал её Ашас. – Вот этих лесных партизан вы, Варенька, называете бойцами? Я вас умоляю, не делайте мне смешно. Это же чистейшие головорезы, особенно Тимохин! Вы только посмотрите, какая кровожадность сквозит в их глазах, когда они смотрят на меня. А самое главное, какая в них горит похоть, когда они пялятся на вас…
– Но учтите, это был первый и последний раз. За очередную потерю оружия я вам лично всё лишнее клещами поотрываю. А что у вас лишнее, я найду, не сомневайтесь.
А женщины столь загадочные существа как в вашем мире, так и в потустороннем. Они за кажущейся слабостью скрывают такие силы, осмыслить которые…
Объяснить, что произошло, Анатолий смог одним ёмким словом, схожим с названием пушного зверька.
- Маски сорваны, теперь мы можем только драться. Прикройте мне спину, сэр Люстрицкий. Покажем, как должно умирать мужчинам. - Ну, елки-намоталки,- искренне удивилась Склочная или Благословенная Невеста.- Ты что, испортил мне всю свадьбу только ради удовольствия видеть меня на собственных похоронах? - Нет, леди Илона,-…
- Дени Давидофф?! - В её округлившихся глазах мелькнул неподдельный ужас. - Вы тот, кого мои соотечественники называют Чёрным Дьяволом!
Святая инквизиция много потеряла, в нужный момент не предложив ей работу. Нежная черногорка даже пыток не применяла бы, она и мёртвого достала бы так, что тот ожил бы, выговорился и, счастливый, закопался поглубже в надежде, что двукратная смерть — это хоть какая-то гарантия покоя…
Знаете где по-настоящему спокойно? В гостях у Смерти. Во всем остальном мире - война!
Тяжело в лечении, легко в гробу.
- Слушай, ты мне дашь помереть спокойно, а? Уйди, ландграф, сейчас что-нибудь перепутаю, и полетишь ты мимо Тьмы - к негру в то место, где у него так же темно!
Говори, Иван-царевич, что тебе в моем лесу надобно?
– Ну… начнем с того, что я не Иван-царевич. - Тогда Иван-дурак! - убежденно заключил леший.
Один из серьезных минусов нашего парня - это творческий склад ума. То есть ума как такового у него почти и нет, а та скромная масса, что есть, навеки отравлена вирусом созидания.
– Чем занимается по основному роду деятельности и в свободное время?
– Ох ты ж… Да ведь злодей он, известное дело, тем и занимается. То войной на кого ни есть идет, то соседей добрых стравливает, землю губит, воду травит, людей заколдовывает, девиц невинных крадет да в погребах тесных держит, зло творит везде, где может, змеев лютых растит…
– Так и запишем. «Крупный международный террорист, обладающий большим опытом в диверсионно-подрывной деятельности, с комплексами сексуального маньяка, каннибалическими наклонностями и прогрессирующей шизофренией на почве человеконенавистничества…»
– Цивилизованные люди борются за мир во всем мире, а вы?
– Я тоже за мир. За него и бьюсь с врагами погаными. Буквально что ни день, то и бьюсь!
- Дай, думаю, подмогну государевому человеку. Ну, так калиточку и распахнул…
– Так ты… ты всю маскировку… - не сразу допетрил я. - Ты хочешь мне сказать, что он видел, как ты за ним следил?
– Сперначала-то, нет, - охотно пояснил «филер», приканчивая третий ковш, - а вот уж когда он метки мелом ставить начал, тут я не удержался, подошел поближе, чтоб лучше видеть. Так за плечом и стоял… Потом рядом, а там за разговорами уж вместе те крестики и ставили. Вдвоем веселее…
Терпеть не могу допрашивать женщин, они почти всегда врут, но никогда не поймешь, где, в какой момент и с какой целью.
любопытство не порок,но сгубило столько кошек...
Легче драться весь день, чем один час слушать глупости.
Жуткий лес вблизи совсем не казался страшным. Такие же деревья – в основном сосны, такие же кустарники, травы, цветы – все, как и в любом мирном бору. Разница лишь в том, что в этом лесу не пели птицы. Их не было. Не слышалось беличьего цоканья, заячьего боя, медвежьего рыка, лисьего тявканья… Звери избегали этих мест.…
Напилась я слишком крепкого сакэ, Вряд ли найду сегодня дом свой. Шалава - имя моё отныне.