Что слухам до правоты.
Любовь лечит.И калечит.
Красоты много не бывает.
Бешеного волка досыта не накормить.
Государство без смутьянлв, что дворовый кобель без блох.
Зубы белые, клыки длинные, острые… и вот после этого находятся идиоты, которые утверждают, что будто бы альвы мяса не едят. С такими вот клыками только на спаржу и охотиться.
Улыбаться вежливо.
И приятно. Особенно, если твоя улыбка раздражает.
Елена кивнула собственным мыслям, окончательно успокоившись. А и вправду, если ты уже сошёл с ума, к чему тебе и дальше волноваться?
- Я его с точки зрения симпатичности не рассматривала. Обыкновенный… хотя… такой… с ним рядом спокойно.
- Тогда надо брать
- Катюха!
- Бред там или нет, но если рядом с этим мужиком ты чувствуешь себя спокойно, то надо брать!
- Да я его не знаю!
- Вот и повод познакомиться поближе…
... нельзя сделать добро силой.
... он с пониманием, конечно, но понимать порой начинает не сразу.
- Слушайте, а есть таблетки, чтоб не чувствовать себя сволочью?
- От совести, что ли? – уточнил Захар. – Боюсь, так далеко медицина не шагнула.
- Женщине следует быть кроткой и милой… не слышала?
- Слышала. Но жизнь такова, что кротких и милых хоронят первыми.
Он предпочел отказаться от сомнений во имя репутации.
Странная штука, эта репутация… сколько ради неё глупостей творят. И ведь верят, что во благо.
- Может, сперва надеялась, что беременность привяжет к ней любимого. А потом осознала, что тот не готов на подвиги…
Дерьмо, избивающее женщин, крайне редко бывает готово на другие подвиги.
- И на самом деле она – чудовище?
- Да нет… какое чудовище. Скорее человек обыкновенный. А они порой опаснее любых чудовищ…
- Тебе давно в отпуск надобно бы. Здоровье там поправить на свежем воздухе.
Бекшеева передернуло.
- Знаешь… всякий раз, когда я пытаюсь поправить здоровье на свежем воздухе, меня пытаются убить, - произнес он доверительно. – Поэтому, наверное, но какое-то вот складывается личное предубеждение против этого свежего воздуха.
Бекшеев в принципе про субординацию вспоминает редко, если вовсе вспоминает. По-моему, он полагает её этакою начальственною придурью, которая временами изрядно мешает работе.
… нельзя спасти того, кто не хочет спастись.
… все беды мира от светлых и наивных.
Надо успевать дарить подарки… а то иногда подарок ещё есть, а человека уже нет.
И взгляд такой же, каменный, равнодушный. Таким взглядом только квашенную капусту придавливать.
Нет, я люблю сюрпризы, но только приятные, потому как если разобраться, то таракан в банке со шпротами тоже своего рода сюрприз, а вот удовольствия не доставляет.
- Ни одна не понравилась?
- Да как сказать... в общем, все они одинаковые!
- Кто?
- Девицы эти... и фотки их! Вот, честное слово, на одно лицо! Губки - во, - Император выпятил губы. - Бровки - во! Скулы.
Растянул кожу у глаз.
- Глазищи... ощущение, что их на одном заводе выпустили!
— … а я глянул этот её… грамм… там одна… прости Господи, жопа… в прямом, господа, смысле слова. И разных ракурсах. Я к ней, а она мне, мол, ничего-то вы, дядюшка, в трендах не понимаете…
В голосе звучала искренняя обида.
— А какой это тренд, если это жопа?
— Не скажите, — возразил Василевский, чувствуя, как притихает язва. — Жопа, она всегда в тренде…