…интересно, когда лысые умывают лицо, как далеко они заходят?
— Вас прокляли, — само собою вырвалось. — Извините.
— Ничего, — махнул рукою государь. — Дело житейское…
За сотни лет Норвуд всяких тварей повидал, правда, постепенно убеждаясь, что самые страшные — люди, которым и обличья-то менять не нужно.
Перед тем, как поймать ртом снежинку, убедись, что все птицы улетели.
Лика кивнула. На всякий случай. Маменька говорила, что, ежели ничего не понимаешь, соглашайся. Мужчинам понимание — оно так, без особой надобности, а вот любят они, когда с ними соглашаются.
…а били боярина молча, дабы не попасть под закон об оскорблении власти словом.
Боги даровали людям энтузиазм, дабы возместить им недостаток разума.
Внезапно он на ней женился!
Совершенно неожиданный сюжетный поворот одного дамского романа.
Все молодые кажутся себе мудрыми. И еще думают, что уж они-то знают, как жить правильно.
От недостатка радости в организме организм этот всякими глупостями прорастать начинает.
Не стоит бояться совершенства, вам все одно его не достичь.
теперь от сижу, дура дурой, но благословенная…
— Царица опять же… может, она и хорошая женщина, — поспешила заверить Баська, — да только упасите боги её в свекрови. Сразу ж видно, что житья не даст.
Он поспешно отвел взгляд, подумавши, что ежели кто его тут с этой красотой увидит, то маменька расстроится.
Жениться велит.
Или невесту удавить… он точно не был уверен, с маменькою всякое случалось.
Старший царевич, прячась в тени галереи, с мрачным видом разглядывал девиц, которые старательно водили хоровод. Второй уж час водили, оглашенные. И еще столько же водить будут. Елисею, говоря по правде, становилось слегка не по себе от этакой девичьей целеустремленности.
…легче всего девичью стать сохранить в памяти.
…все друзья так и мечтают меня оженить. А все почему? А все потому, что люди в сущности своей не выносят, когда кому-то хорошо.
порой теория с практикой весьма разнятся.
Радожский поднял венец, повертел, любуясь игрой камней. — Негоже простоволосой ходить.
Стася решила пропустить замечание мимо ушей, а то так сперва с покрытой головой ходить научишься, а там и вовсе в светлице осядешь с шитьем да правильными мыслями.
Ну их.
— Еще тогда следовало в монастырь её отправить, да пожалел…
— Монастырь? — уточнила Стася.
Так, на всякий случай.
Мойте руки перед едой. Есть немытые руки вредно.
Из наставлений одного каннибала.
А его недолюбливали.
И за родство с государем, которым Радожские не то, чтобы не гордились вовсе, но предпочитали делать вид, будто родство это совсем уж дальнее, а потому не стоящее памяти. И сие непонятно было многим: как это, имея шанс, да им не пользоваться?
Не любили за молодость.
Что с того, что отец преставился? Так это не повод юнцу в думе сиживать. И за толковость, за преданность… мало ли, за что еще человека невзлюбить можно.
…все-таки к организму стоит прислушиваться. Им это еще на первом курсе говорили. И если организм отчаянно хочет дать кому-то в морду, что ж… почему бы и нет.
— У тятеньки нрав тяжелый, — она развела руками, явно оправдываясь. — С завтрева снова явится. Подкупать будет. Он завсегда так. Если силой не вышло, то золотом попробует…
— Он просто заклятый, — сказала Лилечка, стукнувши ножкой по плечу свея. — Вот и колобродит.
— Заклятый?
— Колобродит?
Лилечка зевнула и кивнула, соглашаясь со всем сказанным. А после добавила:
— Мой тоже ругаться станет. Крепко. И небось дома запрет… а дома скучно. Можно, я тоже к тебе перееду?
— Нет! — несколько нервозно ответила Стася. И поспешила объяснить. — Ты еще маленькая. И родители тебя не пустят. Вот подрастешь…
— Замуж выйдешь, — подхватила Горыня.
— И тогда уже муж не пустит, — завершила Светлолика, подавив зевок. — Чего? Я ж правду говорю!
медведи в здешних лесах водились матерые, плохой экологией не испорченные