Это как моя кошка во время игры — пригибала ушастую башку, пряча ее за складку одеяла, и мнила себя хорошо замаскированной охотницей. Толстая пушистая жопа и хлещущий по кровати хвост — не в счет.
...добрая весть может подождать, но дурная промедления не терпит.
«Бьет — значит любит. Сильно бьет — сильно любит».
...меньше знаешь — легче на душе.
Если хочешь обмануть далекого врага, обмани сначала ближнее окружение.
Боль, причиненная родными и любимыми, не забывается никогда.
Не было у бабы забот, купила баба еще одну деревню…
...ни одно доброе дело безнаказанным не остается.
Эта студентка слегка… особенная. С ограниченными возможностями, но неограниченной способностью сеять хаос везде, где изволит находиться.
― Как потеряли? Буквально минуту назад их было четверо! ― ответила младшая нянечка, судорожно оглядываясь.
― Минуту! Целую минуту! Да малыши за минуту могут такого натворить, что у любого диверсанта шкура дыбом встанет!
― Свежий, незамыленный взгляд на знакомые вещи иногда способен высветить нюансы, на которые мы все просто привыкли не обращать внимания.
― Чем больше источников, тем объемнее картина для анализа.
― Буду. Перестань с меня юбку снимать, а то компрометация сама собой случится.
― Гниль… просто пол холодный и пыльный. Ладно. Дай книгу, я на нее сяду.
― Тут у меня только какие-то древние фолианты, если там появится хотя бы одна лишняя царапина, библиотекарь посчитает это святотатством, ― засомневалась я.
― Я его не собираюсь грызть и царапать, я на нем сидеть буду. У меня задница не ядовитая и бумагу не ест!
обмани своих, тогда чужие точно не узнают.
Меня он вообще К-карме сбагрил. Теперь у меня новый кук-куратор.
― Кому?! ― едва ли не в голос взвыл геккон.
― Студент Дон Зульбефар, ― мгновенно отреагировал преподаватель, бросая рисовать очередную заковыристую загогулину и грозно оборачиваясь к нам. ― Вы хотите покинуть лекцию?
― Нет, господин преподаватель, ― шмыгнул носом маленький притвора, сразу принимая ужасно виноватый вид. ― Простите. ― И уткнулся в тетрадь. Откуда и зашипел в мою сторону, едва слышно и очень сердито: ― Василиск сбагрил тебя этому х… чл… феромону на ножках?! Он же половину академии в постель перетаскал!
― Так уж и половину?
― Всю женскую часть!
― Представляешь, мне час читали лекцию о растлении малолетних! А я тебя на год младше! Кто кого растлевал?! ―
Человек, который испытывает сильные эмоции, перестает думать головой.
Тот, кто сам неверен, всегда будет подозревать неверность в партнёре.
Заученные фразы повторить легче, чем сказать что-то от себя, когда либо сказать нечего, либо слов слишком много.
Маменька только спохватилась, что если не вывозить дочерей на балы и не знакомить их с молодыми господами, то женихи сами в доме не заведутся. Всё же они не тараканы, на сухари не приманиваются.
Легко обмануть того, кто тебе доверяет, для этого не надо ни особого ума, ни особой хитрости. Только подлость.
Но все это не помешало мне буквально броситься в родные объятия. Вернее, «спасти бедного юного адепта» и втиснуться в руки Инсолье самой.
Вообще-то я мальчишку весьма невежливо и отнюдь не нежно выдернула из некромантских клешней. Потому что нечего. Мне здесь самой едва места хватает.
В деревнях за подростками если и следят, то краем глаза. А за пацанами и вовсе — коль домой к ночи вернулся, значит, воспитание удалось.
Это ж надо, какой у меня, оказывается, умный брат! А все потому, что мой. Пока ничейный орденский был - тупень тупнем. Только моё влияние сразу мозги ему прояснило. Да!
Любить — это не сплошная эйфория и бабочки в животе. Любить — это еще и очень больно. Страшно и тревожно