Дальний умысел

Пособие для начинающего популярного автора.

Удачная и восхитительная сатира. На современную литературу. На работу издательств. Принцип выбора книг, которые будут пользоваться спросом и рассказ о том, как выходит, что это далеко не всегда хорошая качественная литература. Вкусы публики непредсказуемы, а ведь именно под них подстраиваются издатели, публикующие книги и авторы, желающие прославиться и/или заработать. Серьезная литература и бульварное чтиво. Жанр высокий и жанр низкий. Могут ли они существовать один без другого? Возможно ли разделить этих сиамских близнецов без ущерба для всех? Я думаю вряд ли. Слишком уж тесно они переплелись. Как в романе Шарпа, читать который было приятно и увлекательно. Может и не всегда было весело, но убийственно точно - всегда.

Персонажи хороши все без исключения - даже в любимчики выделить некого. Каждый получил свой шанс поразить воображение читателя и уж старались они вовсю. Сюжет динамичен и непредсказуем. Нашлось место и для приключений, и для афер, и для расследований. А началось все с того, что литературный агент Фредерик Френсик получает рукопись от анонимного автора, настолько пошлую, что сомнений не остается – это шедевр. Как он это определил? Очень просто - ему удалось выработать безотказный принцип, обеспечивающий стопроцентный успех.

Всякий роман, сколько-нибудь отвечавший требованиям, предъявляемым Ф. Р. Ливисом в его «Великой традиции» и предписанным мисс Сидни Лаут в монографии «Нравственный роман», Френсик с порога отвергал как издания не заслуживающий; зато сочинения, которые для его учителей были ниже всякой критики, он проталкивал в печать всеми силами.

Изящно пристроив роман отечественному издателю, Френсик не останавливается на достигнутом и забрасывает удочки на заманчивый американский рынок. Вот тут появляется первый подвох - автор должен поехать с туром в Америку. А как можно добиться такого от человека, не желающего раскрывать свое инкогнито? Никак. Остается самому создать подходящего автора. Тем более, что под рукой так удачно оказался Питер Пиппер - неугомонная бездарность, прячущая отсутствие собственного стиля под подражание Манну, Фолкнеру, Хемингуэю и прочим знаменитостям. После недолгих раздумий, Пиппер соглашается за долю от прибыли поехать в страну "не отягощенную классикой".

А уж в Америке сюжет пустился во все тяжкие. "Экзистенциальный" выбор Бэби Хатчмейер - жены американского издателя - поставил главных участников сюжета в очень интересное положение. Вроде Пиппер в сопровождении Сони только что прибыл, а мистер Хатчмейер уже одетый в одни канистры объясняет береговому патрулю, "что он не верблюд" и рассказывает что делал в море в три часа ночи и зачем купил крупнокалиберный пулемет, предназначенный для защиты от медведей. Как Афродита из пены морской является в горящей ночи Соня Футл, жаждущая спасти Питера. Бэби, роняя слезы и линзы, обретает независимость. Пиппер, так долго копировавший других авторов, что от собственных поступков отвык, легко покоряется судьбе.

Тем временем, издатели в далекой Англии таскают из рецензий критиков фразы для суперобложки к следующей книге Пиппера, мечтая о скандале и не подозревая, что их желания уже исполнились, пока они спали. Посмертная деятельность вымышленного автора запустило новый виток авантюр, где все стремятся перещеголять друг друга в наглости, изобретательности и барышах.

Весьма любопытный роман о литературе и подводных течениях издательского дела. Дарит радость и хорошее настроение при чтении. Вызывает желание снова вернуться к нему. И, возможно, не раз.

Книга прочитана в рамках игр Бесконечное приключение и Кот в мешке.
Тридцать третий котик пошел, пародийный.

Литературный агент по фамилии Френсик получил рукопись. Рукопись была весьма оригинальна, начиная от названия и заканчивая содержанием. Разврат, бесстыдство, любовь женщины преклонных (очень преклонных) лет к молодому юноше – мерзкая книжонка. Но Френсик не лыком шит, он точно знает, что такое чтиво публике по вкусу. Издавать, переиздавать и продавать – решает агент. Вот только автор этого шедевра не известен, не нужны ему ни слава, ни признание, только бы книга вышла. Главное условие – ни при каких обстоятельствах не являть творца общественности. Для Френсика это едва ли станет препятствием. Он как в омут бросается в авантюру, на кону которой стоят большие деньги. И как в болоте увязает в интригах, постоянно меняющихся обстоятельствах, подгребая под себя всех, кто встречается на пути этого урагана страстей.

Читать «Дальний умысел» - это как колесить на «Оке» по бездорожью. Трясет, шатает, болтает, но весело. Места действия, герои, события меняются так быстро, что не успеваешь оглянуться. Вот мужчина и женщина только что просто мило разговаривали и флиртовали, но через пять минут они уже поджигают дом и ударяются в бега, инсценируя собственные смерти. Где мы увидим их дальше? Ни за что не догадаетесь, как не пытайтесь.

Читать «Дальний умысел» - это как смотреть спектакль. Эмоции героев настолько гипертрофированы и театральны, что теряется эта тонкая ниточка, связывающая историю с реальностью. И диалоги, диалоги… Много диалогов, все что-то объясняют друг другу, рассказывают, запутывая тугой клубок повествования еще сильнее.

Читать «Дальний умысел» - это как читать детектив, авантюрный любовный роман и трагикомедию одновременно. Жанровые линии меняются со скоростью света, так что даже не пытаешься уловить суть, а просто отдаешься книге как есть, позволяя ей переворачивать все с ног на голову.

И да, это исключительно английская книга с классическим английским юмором. Если плавали, знаете и не впечатлились, то лучше и не беритесь – вся история это сплошной английский юмор. Я вот пока не определилась, как я к нему отношусь – иногда читаю и думаю, - как это может казаться кому-то смешным, а иногда и сама ухмыляюсь. Но такого, чтобы смеялась в голос, не было, нет.

Безусловно, делу время, а потехе час. И вся эта круговерть затевалась не просто на посмеяться. За буйной и немного даже агрессивной прозой скрываются непреложные литературные истины – каждый сам решает, что для него шедевр, а что – макулатура, ученые тоже люди, читать – это счастье, так читайте то, что вызывает у вас это чувство. Но о самосовершенствовании тоже не забывайте, а то как бы чего не вышло.

Книга прочитана в рамках Флэшмоба-2014, Wala - мои искренние благодарности!

Чумовая комедия!!! Хотите верьте-хотите нет, но насмеялась от души!!!!! Это шедевр английского юмора. Бесподобная вещь, дарящая массу удовольствия и нещадно заставляющая постоянно ухмыляться!;))

Том Шарп новый для меня автор. Давно желанный правда. И я в восторге от его искрометных фраз, его слога, его стиля, его сюжетных поворотов. Да вообще от всего!!! Ааааа, кажется у меня новая любофффф в литературе! Ибо пройти мимо автора, который доставил столько приятных моментов уже нереально:))

Книга о книгах. Вернее даже круче. Не просто о книгах, а о целом огромном литературном мире со всеми его перепитиями. Издательства, редакторы, создатели своих шедевров. Бомбовская история о том как создаются псевдоинтеллектуальные бестселлеры. О том чего жаждет читательская аудитория и как ей это все впаривают всеми немыслимыми способами. Чем больше пафоса и шума тем более громкий успех обеспечен. Вот она реклама и пиар в действие. Вот оно управление народными массами. А вместе с тем сюжет закручен настолько лихо, что оторваться невозможно. Тут и подставные лица, и неудачники, и сумасшедшие женщины, которые способны на все ради сиюминутного романтизма. И все меняется и переворачивается с ног на голову. А уж какие тут хлесткие диалоги... Мммм... Зачитаешься просто... В общем ОЧЕНЬ, ОЧЕНЬ, ОЧЕНЬ и ОЧЕНЬ. Для меня этот роман из тех, который пока не проглотишь не успокоишься! Классная вещь!

Ну а с Т. Шарпом мы еще обязательно встретимся в моем читательском мире!;)) Однозначно и бесповоротно!!!))

Прочитана в рамках игры "Книжное путешествие"!

Просто прелесть что такое! Комедия положений, ирония, фарс, милейшие персонажи-трикстеры, лихо закрученный сюжет. Шарп высмеивает сложившиеся в нынешнем книгоиздании обычаи, когда успех среди читателей и даже критиков зависит не от достоинств романа, а от рекламы и имени автора. Автор даже даёт готовый рецепт бестселлера: секс, насилие, побольше сюжетных вывертов, немного сквернословия и непременно намёк на значительность и интеллектуальность. Занятно даже, что и сам "Дальний умысел" в принципе укладывается в такую схему. С другой стороны, Шарпу не близка и позиция пуристов, почитающих Литературой только признанных классиков и презрительно воротящих нос от всего прочего. Этим ребятам в романе тоже изрядно досталось. Пожалуй, в конечном счёте оказывается, что критерии литературности и гениальности каждый определяет для себя сам, и стало быть, критерии эти насквозь субъективны. Есть классики и лауреаты, есть авторы бестселлеров, оккупировавшие верхние строчки рейтингов продаж, но это всё так, к сведению. Нужно читать и самому решать, что шедевр, а что - макулатура. Вот в этом-то я и согласен с Шарпом на все сто. Не буду долго раздумывать о значительности и морали романа, а просто скажу, что мне он доставил немало приятных минут. Отличная книга!

Флэшмоб 2013, 18/54
Совет от Jennifer

рецензия на фантлабе

Зачем пишутся книги? За какой такой надобностью мараются, может белые, а может и не очень листы? Ради какой такой цели, если она есть вообще?..
Деньги, слава, почет, уважение сильных мира сего или же – извечное желание показать всем кто есть кто? Кто есть дамка, а кто пешка?..
А теперь другой вопрос: почему одни книги издаются, а другие отшвыриваются, как не нужные?
Часть теневого мира издательств приоткроет цитата:
«он требовал одного и того же от всякой книги, и одна получалась не хуже другой, как пудинги или коктейли: секс и кровь, забористый сюжет, любовные перипетии, загадки и тайны, а в придачу еще намек на значительность, на культурный вклад. Этого как бы намека на значительность Френсик добивался, во что бы то ни стало. За это почтенные газеты удостаивали книгу благосклонного отзыва, и читателям казалось, будто они совершают некое паломничество и преклоняются перед чем-то эдаким, пусть и не очень понятным. Такою смутной многозначительностью Френсик приманивал изрядно потребителей, презирающих бездуховное чтиво. Он всегда требовал какой-никакой существенности, которую вообще-то числил, вместе с глубинным проникновением, по убыточному разряду; но губительна для книги она была лишь в больших дозах, как фунт мышьяку в кастрюле бульона — гомеопатическая же кроха существенности лишь возбуждала читательский аппетит».
А сама книга ничего не приоткроет… Грубая сатира, беспросветная и топорная. Сначала было смешно, но только сначала...
«— Находка?
— Бестселлер.
— Уверен?
— Абсолютно.
— Роман, конечно?
— Н-ну, — сказал Френсик, — хотелось бы думать, что роман.
— Небось похабщина, — сказала Соня, распознав симптомы.
— Похабщина, — возразил Френсик, — это не то слово. Воображение, начертавшее — если воображение может начертать — эту эпопею бесстыдства, — такого воображения не хватало маркизу де Саду».
Если в кастрюлю с борщом положить: мороженку, горсть орехов, желе, ананас и рыбу, то выйдет нечто не уступающее «Дальнему умыслу».
Жалею, что все-таки дочитала…