Рассказ
Она была красивой. Хрупкой, тонкой, с четко очерченными алыми губами. И зимним вечером ее жизнь перечеркнула короткая встреча. Встреча с призраками из прошлого. Ту ли Анну Дорофееву мы знали?
Майор Виктор Грин завтракал в плохом настроении. Перед сном он забыл закрыть окно, и за ночь спальню выстудил сквозняк. Занавески и шторы, стопка выглаженного белья и даже забытые на спинке стула носки на несколько часов ожили, затрепыхались, и, как всё живое, быстро посерели, сбились и поникли. – Как!? Ну как!? Я просто не понимаю, как ты мог забыть про окно!? Тебе что, в голову надуло? Эй, скажи уже хоть что-нибудь! Майор Виктор Грин завтракал в плохом настроении. Перед сном он забыл...
Юра заворочался, но в полусне, какой удерживает тело от дневных ошибок, спохватился и замер. Расплывающаяся под веками девушка ещё манила к себе: нужно было лишь перевернуться на другой бок, но парень знал, что старый диван, кое-как переломленный пополам, тут же заскрипит, и этот скрип, как ему и положено, будет предательским. А когда диван заскрипит – заскрипят за дверью, отделявшую веранду от зимней комнаты. Юра заворочался, но в полусне, какой удерживает тело от дневных ошибок,...
В пустой белой комнате был человек. Люди давно жили по сто сорок и больше лет, но мужчина, полулежавший в медицинском кресле, постарел раньше времени. Длинная седая борода, тлеющий под мохнатыми бровями взгляд. Ему бы в прошлые века, в пещеру или нору, а он – космонавт, элита человеческой породы. Тем более Иона Брихничев первым из людей установил контакт с инопланетной цивилизацией, сумев к тому же вернуться обратно.
Обыкновенное патрулирование границ Империи превращается в неравный бой с контрабандистами ... Опубликован в альманахе Фантаскоп (#2-3'11) 29.01.11
Трусишка боязливо выглянул из кустов и посмотрел туда, куда ему указывал Длинноног. Леса отсюда не виден, но они почти дошли. Осталось только пересечь поле...
― Бери книгу, парень, недорого отдаю. Книга - это же лучший подарок. Да, ты посмотри - твёрдый переплёт, хорошая бумага. В магазинах таких сейчас не сыщешь, ― Иван Сергеевич с надеждой смотрел на возможного покупателя. "Парень", которому на вид было не меньше пятидесяти лет, в ответ горестно усмехнулся: ― В магазинах теперь ни черта нет. Да, книжка хорошая, но..., ― покупатель задумчиво закатил глаза, а Иван Сергеевич явно представил себе щёлканье костяшек бухгалтерских счётов.
Это случилось после физры, которую меня, молодого учителя географии, отрядила провести завуч. Умаявшись с толпой пятиклашек, я уже хотел закрыть зал, когда обнаружил в раздевалке испуганного мальчика. Нервно теребя мешок со сменкой, он умоляюще попросил: — Проводите меня до класса, пожалуйста.
Рассказ, Зарубежная современная проза, Современные российские издания, Литература ХX века (эпоха Социальных революций)
Этот рассказ написан (и опубликован в журнале) в разгар «холодной войны», в 1963 г. В 1981 г. Дж. Клавелл его переработал для выпуска отдельной книгой, а в 1982 г. — экранизировал. Чтение рассказа вслух, равно как и фильм, занимают 25 минут — ровно столько, сколько длится действие в самом рассказе.
Круглосуточная закусочная. Таинственная незнакомка у окна. Он — бармен, по имени Тобиас. Она — бледная девушка Мерси, с синими волосами. Их глаза встретились, и у каждого созрел план — как провести эту ночь. И это свидание станет — открытием. Под яркими звёздами, все маски будут сброшены, желания станут явными, а тайны раскрытыми.
В апреле, у молодой 35 летней заводчицы собак Аглаи Петровны ощенилась сучка Руна, породы "Русский той терьер". На свет появились три мальчика и две девочки. Самую слабенькую и "глазастенькую", но больше всего соответствующую породе матери, назвали Лиза. Поэтому Лизе было предоставлено привилегированное положение среди щенят. Старшей и более крупной ее сестре всегда приходилось участвовать в борьбе за молоко матери с братьями. У Лизы же был индивидуальный сосок, к которому никто не имел права...
Если идти наперекор всем обстоятельствам, их глубинные причины всегда всплывают на поверхность - иногда вовремя, а иногда слишком поздно. Эта мысль ворвалась в сознание Арлиана вместе с ужасом, отчаянием и досадой. "Почему я не телепортировался на центаврианскую базу вместе со Стрином и Лилландом, как только канал стал дестабилизироваться? Или, в конце концов, не прыгнул вместе с капитаном в какой-нибудь камень на той планете у границы зоны отсутствия связи? Зачем я нарушил все инструкции и...
Дом, прежде чистенький и опрятный, за годы, что Даша провела вдали от него, полинял и поблек. Штукатурка местами осыпалась, краска на оконных рамах облупилась. И бабульки, оккупировавшие скамейку у подъезда, остались разве что в памяти о детстве. Теперь на этом насесте торчала запирсингованная блондинка с мобильником, включенным на полную громкость. Автоответчик требовал от нее нажимать на ту или иную цифру, девица послушно тыкала пальцем в кнопки.
Луизиана, начало XIX века. Ставшая рабыней у мерзавца-трактирщика креолка Гэйла совершает побег с помощью весёлого бродяги Реми, который учит её трудному искусству быть мужчиной. Примечание: В начале позапрошлого века Луизиана была передана Соединённым Штатам, и креолы, они же каджуны, то есть люди со смешанной кровью, из элиты враз превратились в недочеловеков-рабов. Собственно, это и определило судьбу героини рассказа.
Вверх-вниз. Небо-земля. Сашка крутил "солнышко" на качелях, а ребята толпились вокруг и отсчитывали число оборотов. Мальчишка шел на рекорд двора - прокрутился уже девять раз. Прошлый рекорд Димки Шпагина - двенадцать оборотов. Побить пока никому не удалось
Андреевский лес. Мы - я, язвительный Олег Курицын, легковесный Толик Шмелев и самый серьезный из нас Саша с самой несерьезной фамилией Козявкин - после выпуска из университета завели традицию собираться в июне на товарищеские посиделки.
- Ну и что у нас там, на горизонте? - как можно бодрее спросил капитан. Сказать, что поведение господ туристов его беспокоило - ничего не сказать. - Там люди, - неохотно отозвался Зафар. - Люди, значит... И что делают?
Говорят, есть только миг между прошлым и будущим. Но нет, это не всё. Есть ещё и Мика. Во всяком случае, была. Да здравствует бессмыслица! Ура, товарищи.
– На собаку я – не согласна, – говорит мама. – От собаки пахнет. Со-ба-кой. Егор не спорит – разве с этим поспоришь?
Дед! - позвала Соня, расстёгивая пыльные ботинки. Странно, что он не вышел её встречать, обычно выходил, все четыре недели... - Деда!.. Вот чёрт... - Левый верхний замочек заело, да так, что хоть ломай.
Никогда бы не подумал, что угроблю выходной на поездку в Санмед, в переполненном омнибусе, стоя. Да ещё и не ради себя. "А ради кого?!" - офигел бы я ещё пару месяцев назад. И вот что мне тогдашнему ответил бы я сегодняшний: "Как ради кого? Ради неё, Бодри, моей девушки!"
Эту ШМЖ Николай Николаич сам на свою голову организовал. Школу молодого журналиста. Придёт молодежь и будет веселей. Что за молодёжка, когда в редакции всем под полтинник! И молодёжь пришла. Четыре замечательнейших обормота – головастые, интересные ребята! Все перешли в выпускной класс. Плюс Галя – в девятый. И ещё пришла Мариша. Урод...
В жизни Кати Андреевой происходят два серьёзных события: она идёт в первый класс и - временно - остаётся на попечении бабушки. Катя учится, ждёт маму, и каждый день с ней происходят удивительные истории, которые бабушка находит ещё и поучительными. Да и не только бабушка - Катя и сама так думает. Она становится старше.