Та горечь утраты, что отравляла воспоминаниями и застилала солнце, та изводящая боль, толкнувшая его когда-то в петлю, та зияющая пустота в душе, которая, казалось, никогда не заполнится, – покидали его. Покидали по капле, покидали не сразу, но покидали безвозвратно. Он ни от кого не бежал и никуда не стремился – просто шел, насвистывал и поглядывал в небо.