Цитаты
283627
Любопытство есть форма взаимодействия с миром...
Евангелие не учит нас сидеть сложа руки, когда твориться непотребство. Деятельное противостояние скверне — это вполне по-христиански.
Поздравлять учителя с началом учебного года - то же самое, что поздравлять лошадку с началом пахоты.
На календаре - 1 сентября, а значит Пепеляев чистит штиблеты, надевает свой костюм за две тысячи денег, причесывает рыжую шевелюру и шагает по родному городу - нести разумное, доброе, вечное. Или - глупое, злое и временное, как получится.
И горе тем, кто встанет у него на пути!
Один известный высокопоставленный опричник — тоже, кстати, интеллигент, как-то сказал, что террористов надо мочить в сортирах, а не вести с ними переговоры.
Поздравлять учителя с началом учебного года - то же самое, что поздравлять лошадку с началом пахоты.
На календаре - 1 сентября, а значит Пепеляев чистит штиблеты, надевает свой костюм за две тысячи денег, причесывает рыжую шевелюру и шагает по родному городу - нести разумное, доброе, вечное. Или - глупое, злое и временное, как получится.
И горе тем, кто встанет у него на пути!
Но пока что — я собирался зайти в другой храм. В храм науки. Ладно, храм науки — это университет, или там — академия. Школа — так, часовня образования.
Эльфы и панельные пятиэтажки, интернет и магия, киборги и аристократы, электрокары и артефакты. Причудливый мир, в котором переплелись ожившие мифы и высокие технологии. И смертельно больной молодой учитель из провинциального райцентра, которому Вселенная дала второй шанс на... На то, чтобы исправить свои ошибки - в этом незнакомом, другом мире? А если исправлять в жизни - нечего? Если жизнь была достойной? Если сделал все, что успел, и так хорошо, как только смог? Может быть, тогда смысл...
Когда-то, сто лет назад, я пришёл в эту систему как идиот, уверенный, что смогу сделать этот мир лучше. Думал, что если быть честным, упрямым и справедливым — тебя оценят. Спойлер: хрен там. Ты либо ложишься под эту систему, либо она тебя перемалывает и отторгает. Иногда это случается параллельно.
— Полиция. Руки за голову и мордой в пол. Шевельнёшься — и твои мозги украсят стену лучше, чем все эти дизайнерские прибамбасы, — окидываю взглядом роскошные апартаменты. Сидящий в углу мужик кивает, будто только и ждал приказа, чтобы наконец-то отключиться от своего кровавого спектакля. И отбрасывает топор. Мой взгляд скользит дальше, к дивану у противоположной стены, и сердце сбивается с привычного ритма. На светлой коже, словно жертва на алтаре, лежит девушка. Волосы распущены и спутаны,...
Необязательно сидеть взаперти в четырех стенах, чтобы ощущать себя в тюрьме. Чувствовать себя закованным в кандалы можно и посреди самого респектабельного общества на светском приеме.
— Собирайся. Ты мне больше не жена. На стол полетели небрежно брошенные документы, среди которых было свидетельство о разводе. Демидов отвернулся, поправляя запонки, и обронил сквозь зубы: — У тебя двадцать четыре часа, — проговорил, стоя к ней спиной. — И запомни. Мою фамилию ты себе не оставишь, чтобы не вздумала бегать по судам. Не надейся, что тебе перепадет хоть что-то. Ясно? Было бы глупо сейчас ощущать боль и непонимание. Еще глупее было бы свою боль ему показывать. Он ведь никогда за...
— Но ты не торопись в могилу, Пал Палыч. Сам знаешь, туда не бывает опоздавших.
— Собирайся. Ты мне больше не жена. На стол полетели небрежно брошенные документы, среди которых было свидетельство о разводе. Демидов отвернулся, поправляя запонки, и обронил сквозь зубы: — У тебя двадцать четыре часа, — проговорил, стоя к ней спиной. — И запомни. Мою фамилию ты себе не оставишь, чтобы не вздумала бегать по судам. Не надейся, что тебе перепадет хоть что-то. Ясно? Было бы глупо сейчас ощущать боль и непонимание. Еще глупее было бы свою боль ему показывать. Он ведь никогда за...
— А потом ты начал разбрасывать носки!
— Все мужчины разбрасывают носки! — возмутился Мелецкий. — Это, можно сказать, один из основополагающих мужских инстинктов! База! Основа! Мы так территорию метим!
Копипаста с первого тома: Ульяна всегда мечтала о большой и дружной семье. Но никто не предупреждал, что мечты имеют обыкновение сбываться. И вот уже родственники из далёкой зауральской деревушки готовы с головой окунуться в столичную жизнь. А что, почти как заказывали. Любящая бабушка-ведьма печет пирожки с мухоморами. В подвале, потеснив стратегический запас картошки, обустраивается троюродный брат - вампир-аллергик. Ещё один, стеснительный оборотень с дородовой травмой, прячется по дому....
Просто у всех свое понятие о доброте и порядочности. Я не виновата, что мое не совпадает с общественным.
Много лет я ненавидела Конрада Экхана, но теперь только он может помочь отыскать ключ от моей свободы! Мне придется разобраться в темных секретах драконов, спасти наследника погибающего рода и проверить, достоин ли недавний враг доверия и… любви? ЗАКЛЮЧИТЕЛЬНАЯ ЧАСТЬ ДИЛОГИИ
Люди, которые допускают жертвы во имя идеи, обычно никогда не имеют в виду себя.
Он – архимаг и лучший друг моего отца. Но, увы, не замечает, что я давно уже не ребёнок, позади и учёба, и десять лет боевой практики. Возможно, наше совместное расследование откроет ему глаза? Ведь я не только маг четырёх стихий и природница с безграничными возможностями, которая умеет менять облик и видеть недоступное другим. Я готова сделать первый шаг навстречу тому, кто однажды разочаровался и с тех пор боится любить.
И это я , дурак, думал, что направляюсь в обитель учениц как завоеватель?Да я угодил прямиком во вражеский плен.
Чтобы спасти от гибели единственного брата, я, граф Дмитрий Волковский, вынужден пойти на бесчестную сделку: отправиться в женский пансионат в далекой тайге и найти там девушку. Ее зовут Катерина, она сирота и всю жизнь провела в глуши. Вот только вокруг пансионата творятся странные и страшные дела, а меня все сильнее мучает вопрос: кто и зачем платит золотом за сомнительную сделку, а главное - что за тайну скрывает сама Катерина?
Однотомник, без серии
Проигрыш в бою не означает проигрыш в войне.
Чтобы спасти от гибели единственного брата, я, граф Дмитрий Волковский, вынужден пойти на бесчестную сделку: отправиться в женский пансионат в далекой тайге и найти там девушку. Ее зовут Катерина, она сирота и всю жизнь провела в глуши. Вот только вокруг пансионата творятся странные и страшные дела, а меня все сильнее мучает вопрос: кто и зачем платит золотом за сомнительную сделку, а главное - что за тайну скрывает сама Катерина?
Однотомник, без серии
Великий философ, бизнес-коуч, нутрициолог и гуру Винни Пух говорил: нужно делать так, как нужно, а как не нужно — делать не нужно!
До Байкала - рукой подать! Тяжелый байк, острый бердыш, футляр со стилосом и кофры, набитые шаурмой и пивом - что может быть лучше? Разве что цель впереди - самая прекрасная девушка в мире. Но - магические кланы аристократов плетут свои интриги, раскидывает сети Сыскной приказ, точат зубы на Бабая Сархана враги явные и неявные... Да и вообще - с его способностью влезать в неприятности рассчитывать на легкую прогулку не приходится.
(6 книг в серии)
Человек не может быть униженным, если не чувствует себя таковым.
Книга 1 Кронпринц Королевства объявляет отбор в связи с неожиданно ранним «Временем Зова»! Во дворец приглашаются все незамужние благородные пробудившиеся представительницы рода оборотней младше тридцати! Леди Миолина Валаре тоже могла бы участвовать в отборе… если бы не одно «но». Точнее, множество «но» — начиная с того, что её зверь так и не пробудился, и заканчивая разрушенной репутацией после связи с собственным женихом. С тем, кто отказался от неё, получив желаемое. Мио и не...
— Какая женщина, — восторженно выдохнул боец, явно пока не женатый. Вот явно же, что не было у человека ни дома, ни в мыслях правильного оберега из хорошо промасленного чугуна.
И руки, его сжимающей.
Трилогия . Книга 1 Ульяна всегда мечтала о большой и дружной семье. Но никто не предупреждал, что мечты имеют обыкновение сбываться. И вот уже родственники из далёкой зауральской деревушки готовы с головой окунуться в столичную жизнь. А что, почти как заказывали. Любящая бабушка-ведьма печет пирожки с мухоморами. В подвале, потеснив стратегический запас картошки, обустраивается троюродный брат - вампир-аллергик. Ещё один, стеснительный оборотень с дородовой травмой, прячется по дому. Сад...
Простить – не означает посадить себе на голову, дать сорок два вторых шанса или еще раз повернуться спиной к предателю. Простить – это не держать зла. Только вот прежнего уже тоже не получится. Всё. Не склеится.
Как было дома хорошо! Сидишь себе тихонько в бухгалтерии, квартальный отчет делаешь, годовой! А тут – попала в другой мир, на свою голову. Да еще в тело королевы. И все оказывается не так хорошо, как в сказках сказывалось. На трон сядешь – тут и беды закончатся? А если никто тебя на троне и видеть не хочет? У мужа любовница, у придворных интриги, у соседей – свои планы по захвату территории, а у богов дела божественные, не до людей им. Что во всем этом делать королеве? Да хоть бы уцелеть...
Какие владыки на болотах?Одна нечисть.
Однажды владыка южных драконов пожелал мою руку и сердце. И я отказала. Мое сердце отдано бестиологии, а без рук нечисть никак не поймаешь. Однако владыка коварен, как сто крылатых, и, похоже, по-прежнему хочет жениться.
В общем, девицы, у меня дракон завалялся. Никому бесхозный не нужен? Отдам за ради бога. Только потом не жалуйтесь и не смейте его возвращать!
ОДНОТОМНИК
— Напрасный труд, — отмахнулся Артём. — Вся беда в том, что логика мужчины и логика женщины, это разные вещи. Только не спрашивай, почему. Не знаю. Так что, если хочешь хоть что-то понять о женщинах, ищи возможность пообщаться с ними. Это всё, что я могу тебе посоветовать.
Его выдернули из родного мира, но и в этом места ему не нашлось. Единственным другом в этом странном мире для него стал искин под странным именем Дока, а домом, крейсер тяжёлого класса «Бродяга». Вот и мотается этот странный экипаж по бесконечному пространству космоса, пытаясь найти себе место, и применение.
— Так. Или я дурак, или жопа с двумя «п» пишется, — тряхнув головой, проворчал Артём.
Он оказался лишним. Ненужным. Инвалид, в прошлой жизни, и ничего не знающий, о нынешней.
Человек, единственным другом которого стал новый, экспериментальный искин, получивший матрицу развития личности. Живой, имеющий руки, и неживой, обладающий знаниями…
нельзя оставлять врага у себя за спиной. Ещё хуже оставлять за спиной разозлённого врага.
Первая жизнь Елизаветы была очень даже неплохой. Своя семья не сложилась, зато вырастила двух славных племянников. Сестра, правда, повела себя гнусно, ну да бог ей судья…
А во второй жизни нашей попаданке подсунули непонятного мужа и кучу проблем. Может быть, стоит махнуть на все рукой и немного пожить для себя?
Время – это странная вещь. Почему-то, когда ты счастлив, то оно летит намного быстрее.
Кейран – боевой дракон, генерал, попавший под проклятие, изменившее его внешность. Спасти его может только любовь истинной. И вроде бы ту самую – единственную – он нашёл, но вот с чувствами у пары как-то не задалось. По крайней мере до тех пор, пока я не попала в тело беременной жены своего чудовища. Не зная о подмене, супруг обвинил меня в неверности и сослал вместе с сыном в дальнее имение, но трудностями нас не напугать. И почему мой заколдованный генерал не спешит покидать нас в изгнании?
Анонимный разговор без аватарок и настоящих имён даёт людям полную свободу действий.
Никаких ограничений. Никаких табу. Никаких принципов.
Можно писать что угодно. Можно быть кем угодно.
«Хочу тебя» «Увидеть» Я читаю два сообщения, прилетающие подряд, не успев разблокировать экран. Ничего не обещающая переписка начинает выходить за пределы выстроенных границ, и единственное, чего мне хочется, — не разочароваться в образе мужчины, который в данный момент кажется мне почти… идеальным. «Наше анонимное общение мне больше по душе», — набираю ответ. «Не вижу проблем. Мы можем соблюдать конфиденциальность и при встрече». «Никаких имен, данных и прочей личной информации?» «Почему...
Любящая женщина беззащитна перед любимым
Что делать, если ты первая двуипостасная за сотни лет? А теперь еще и беременная? И врагов у тебя столько, что не перечислить? Мария решает бежать. Отсидеться в тихом месте, спокойно родить, собраться с силами, а потом уж и решить, что требовать с мужа. Развод? Алименты? Голову любовницы на блюде? А бежать тоже не так просто. Нужны помощники, нужны деньги, нужно знать этот мир, такой новый и опасный для Марии, нужно не просто уйти, но и забрать с собой старшего ребенка. А наемные убийцы не...
Нет-нет, правильные и умные слова она себе уже сказала. И про то, что у этого тела возраст, и про отсутствие беременностей от мужа вот уже десять лет, и вообще, день неподходящий… а только нервы все равно вибрируют. И намекают, что сперматозоиды — неграмотные. Они таких тонких материй не разумеют, а плавать умеют.
Что делать, если ты первая двуипостасная за сотни лет? А теперь еще и беременная? И врагов у тебя столько, что не перечислить? Мария решает бежать. Отсидеться в тихом месте, спокойно родить, собраться с силами, а потом уж и решить, что требовать с мужа. Развод? Алименты? Голову любовницы на блюде? А бежать тоже не так просто. Нужны помощники, нужны деньги, нужно знать этот мир, такой новый и опасный для Марии, нужно не просто уйти, но и забрать с собой старшего ребенка. А наемные убийцы не...
***
Мы маленькие дети, потерянные в мире,
И в этом одиноки, песчинки на ветру.
Скажи мне, мама, правду, ведь ты же не покинешь?
Скажи мне, мама, правду, скажи: “Я не умру.
Я буду всегда рядом, я обниму, собою
от всех невзгод и бедствий тебя смогу укрыть”.
Скажи мне, мама, правду, будь честною со мною.
И, веря в эту правду, мне станет легче жить.
Песчинки разлетятся, чтоб больше не столкнуться,
И мы в огромном мире останемся одни.
Скажи мне, мама, правду, что я смогу вернуться,
когда зажжешь ты в бурю сигнальные огни.
Когда вокруг потери, и все так зыбко, мрачно,
мне нужен свет твой мама, ладонью помани…
А правда, словно искра, сгорит во тьме однажды.
Прошу, скажи мне, мама, прошу, не обмани…
16.03.25 М. Зайцева
— Я с вами никуда не поеду!
— Поедешь. Со мной.
— Да щас! Со мной!
Они стоят по обе стороны от меня, от них идет жар такой силы, что мартеновские печи отдыхают!
Смотрят друг на друга, злобно раздувая ноздри.
А я…
А я ощущаю мощное, безумное дежавю.
Потому что все это было: их взгляды, их рычание, жар их тел…
Все было. И ничем хорошим это не кончилось.
Для меня.