- Сейчас приедем в посольство, - сказал ей Генрих, - попросим водки. Стопку. Или сразу графинчик. Да?
- Угу. Потом позовём медведей.
- Зачем медведей?
- А зачем - водку? Я её терпеть не могу.
А на практике призвание трудно отделить от необходимости. В призвании есть склонность, в необходимости категоричность. Тот, кто материально обеспечен, может выбирать, ему позволена роскошь следовать своему призванию. А тому у кого нет ни денег, ни имущества, если он хочет удержаться на поверхности, надо соглашаться на все, покорно склонять голову под ярмо, которым его наградила судьба.
Если мы будем воспитывать в людях чувство собственного достоинства, с горечью добавила она, властям придется умножить число тюрем и расширить кладбища.
Ах! Женщина, она придает жизни даже цветам!
Вернуть нераскрытую тетрадь, нежно-нежно поцеловать ее волосы и сказать: Мои губы на ночи твоих волос запечатывают твое прошлое, которого я не хочу знать...
Все мертвецы, Хуамбо, погребены с открытыми глазами!.. Все, Хуамбо, все, пока в мире царит несправедливость, и потому ты должен помочь великой забастовке, чтобы добиться мира и справедливости и чтобы погребенные смогли закрыть глаза!..
Мир создан господом, но ведь никто не знает, каким... Господь, и все...
<< Хорошо, что есть удила, - сказала ослица, - не люблю, когда морду рукой повертывают>>.
Сам факт существования уже невероятная удача. Так было на Земле в прошлом, так было всегда в этой жестокой Вселенной. Но в какой-то момент человечеству почудилось, что у него есть право на жизнь, что жизнь — это что-то само собой разумеющееся. В этом кроется основная причина вашего поражения. Мы снова поднимаем флаг эволюции над этой планетой, и вам придется бороться за выживание.
И чувствам, и разуму кажется, что мир потерял вещественность, а на первый план вышла пустота. В подсознании космического путешественника мир утрачивает материальность.