Я была права. Для нас двоих дом — это не место. Это человек.
Seriously, I don't know any American girl who can resist an English accent.
"French name, English accent, American school. Anna confused."
И впервые с тех пор как я вернулась домой, я абсолютно счастлива. Это странно. Родимый дом. Как я могла так желать вернуться домой, только чтобы вернуться и понять, что он исчез. Быть здесь, в моём реальном доме, и обнаружить, что дом теперь в другом месте.
Но это как-то неправильно.
Я скучаю по Парижу, но это не дом. Скорее... мне не хватает другого. Этой теплоты по телефону. Возможно ли, что в действительности, дом — это человек, а не место? Раньше домом для меня была Бриджет. Может, Сент-Клер занял её место.
Чем больше ты понимаешь, кто ты есть и чего хочешь, тем меньше расстраиваешься.
Он шмыгает носом. О, нет. Он же не собирается плакать? Пусть это и мило, когда парни плачут, но я к такому не готова. Скауты не учили меня, что делать с эмоционально нестабильными пьяными парнями.
Это так мило, держаться за руки. Приятно. Как бы мне хотелось, чтобы друзья чаще держались за руку, как дети, которых я вижу на улице. Не знаю, почему мы вырастаем и начинаем этого стесняться.
Если бы существовал конкурс «испогань свой день», то без всяких сомнений я бы победила.
— Почему вы не вместе?
Меня застает врасплох прямота её вопроса.
— Не знаю. Иногда мне кажется, что у меня множество возможностей… быть с кем-то. Но мы столько раз портачили, — мой голос падает до шепота, — что упустили свой шанс.
— Анна. — Мер выдерживает паузу.— Это самое тупое оправдание, которое я когда-либо слышала.
— Но…
— Но что? Ты любишь его, он любит тебя, и вы живете в самом романтическом городе на свете.
Я трясу головой.
— Всё не так просто.
— Тогда позволь поставить вопрос по-другому. В тебя влюбился шикарный парень, а ты даже не хочешь дать ему шанс?
Ага! Люк Скайуокер! Безрукий, но сойдет. Амидала и Люк целуются. Постойте. Она ведь его мать? Отбрасываю Люка, как будто он лично меня оскорбил и снова роюсь в коробке.