— Тебе не о чем беспокоиться, господарь, — промолвил Милу. — Следовало бы тебе только больше доверять своим людям, а то так и с ума сойти можно, коли в каждом верном воине изменника подозревать.
— Здесь ты неправ, — возразил ему Марил, — иные так прикидываться умеют, такую личину на себя напустят — вовек не догадаешься, что у них на уме.
Колдовство пока не было полностью подвластно Морене, но ей нравились такие случайные его проявления; в груди разливалось теплое чувство. Свобода... Дар, которым ее мать предпочла пожертвовать ради обычной жизни, из-за которого ее погубили, освободил Морену. Разве не в этом состоит вся прелесть бытия, когда чародейство клубится в твоей душе, когда оно замирает на кончиках пальцев, а с губ в любой момент готовы сорваться колдовские слова? И сила, льющаяся изнутри мощным потоком, которую даже ты сам не можешь приручить до конца, которая будто составляет всего тебя, тебя самого, сливаясь с тобой в единое целое, проникая в самое сердце, — разве это не то, ради чего стоит жить?
у всякого могущества есть свой предел
Жесткому человеку нужен мягкий, гневу – покорность.
— Госпожа, — сказала я однажды, когда мы остались наедине. — Простите мне дерзость. Полноте сердиться! Я же не властна над чужими чувствами, словами и поступками. Мужчины — таинственные существа, их сложно понять. Она отложила пяльцы. — То же самое мужчины говорят о женщинах! — рассмеялась Драгоценная Шпилька.
– «Тигра выдает хвост», – процитировала я. – Человека запах. А что... что выдает дракона? Мне правда было интересно. Когда бояться уже нечего, нас, лисиц, тянет на рискованные дела.
Любовь до добра не доводит. Никогда не угадаешь, благословение это или проклятие. Все зависит от человека.
Не вино опьяняет, а питье без меры. Не меч убивает, а человек, занесший его для удара. Все в наших руках.
Правда всегда проще. Лучше идти к цели прямой дорогой. Ложь — извилистый путь, уводящий в никуда.
Человек легко привыкает и смиряется с судьбой, если не знает иного пути...