Мои цитаты из книг
- Итак, внемлем. Выношу благодарность за проявленные доблесть и внимание к моей персоне и за желание спасти меня во что бы то ни стало. Но... - Гнетущая пауза затягивалась , а сотрудники, вместо того чтобы испытывать радость, почему-то начали блелнеть.
- Знакомьтесь - моя супруга Ксения. Кто тронет ее хоть пальцем - умрет. Кто подумает о ней плохо - умрет. Кто скажет о ней плохо - умирать будет долго и мучительно. Любое ее слово - мое слово. Любая ее просьба - мой приказ. Вопросы? Нет? Отлично.
Покупка, оформленная подругой на адрес Ксении, становится не милым презентом, а тюрьмой размерами со старинный сосуд. Оживают древние сказки, но ей не до смеха и восхищения. Теперь она джинн – раб лампы и на целый год подчинится тому, кто первый скажет верные слова. Но как быть, если слова так и не сказаны, а лампа уничтожена? Что делать, если произошла чудовищная ошибка и сбой системы? Как жить, если теперь ты мышь, привязанная неведомыми силами к первому встречному, да еще и в совершенно...
- Доброе утро,гость,- ответил за меня Байш, потому что так было принято. - С чем пожаловался?
- Да вот... - Я уже едва сдерживала смех, когда Фэрри совсем не по сценарию заявил: - Жениться что-то так захотелось... Дай, думаю, зайду на огонёк, глянуть кандидаток.
- Фэ... - Байш аж собственные слова забыл, а в толпе гостей раздались первые смешать. - Бездна тебя забери, мы же договаривались, Фэрридан! Давай по сценарию!
- Но-но! С богом говоришь шампанского-а-ан... - Погрозив пальцем орку, Бог огня подмигнул уже мне. - Гляжу на девицу-красу, и все мысли прочь! Какой сценарий,о чем ты? В общем, давай по-хорошему - я тебе бессмертие и богатства несметные, а ты мне во-о-он ту босоногую блондиночку. Договорились?
Покупка, оформленная подругой на адрес Ксении, становится не милым презентом, а тюрьмой размерами со старинный сосуд. Оживают древние сказки, но ей не до смеха и восхищения. Теперь она джинн – раб лампы и на целый год подчинится тому, кто первый скажет верные слова. Но как быть, если слова так и не сказаны, а лампа уничтожена? Что делать, если произошла чудовищная ошибка и сбой системы? Как жить, если теперь ты мышь, привязанная неведомыми силами к первому встречному, да еще и в совершенно...
– Я не знаю, Сильви, – наконец сказал дядя. – Иногда я начинаю думать, что он нам лгал. В другие моменты мне казалось, что он лгал себе. Возможно, его вера одарила эти тени собственным могуществом.
У супружеской четы Мейсонов необычная профессия: они экзорцисты. Ни сана, ни глубоких познаний в теологии у них нет, зато есть редкий дар, помогающий понять, что преследует людей, обратившихся к ним за помощью, и как избавить их от одержимости. Мейсоны стали жертвой убийцы – по версии следствия, это сделал один из клиентов, религиозный фанатик, за то, что супруги не смогли помочь его ребенку. Сиротами остались две дочери – четырнадцатилетняя Сильви и недавно закончившая школу Роуз. Но с гибелью...
– Мать думает, что она знает своего ребенка. Ведь она привела его в мир. Она меняет пеленки и берет на руки, когда девочка плачет, читает книжки каждый вечер перед сном, а потом незаметно подкладывает под подушку монетки, чтобы она верила в Зубную фею. Но, несмотря на любовь, несмотря на все усилия, проходят годы, и наступает день, когда она становится угрюмой. У нее появляются тайны. Она не хочет находиться рядом с тобой. Я часто спрашивала у дочери, что не так, но она всегда отвечала одинаково: я не пойму.
У супружеской четы Мейсонов необычная профессия: они экзорцисты. Ни сана, ни глубоких познаний в теологии у них нет, зато есть редкий дар, помогающий понять, что преследует людей, обратившихся к ним за помощью, и как избавить их от одержимости. Мейсоны стали жертвой убийцы – по версии следствия, это сделал один из клиентов, религиозный фанатик, за то, что супруги не смогли помочь его ребенку. Сиротами остались две дочери – четырнадцатилетняя Сильви и недавно закончившая школу Роуз. Но с гибелью...
Поразительно, какие мысли возникают в сознании человека за одно короткое мгновение.
У супружеской четы Мейсонов необычная профессия: они экзорцисты. Ни сана, ни глубоких познаний в теологии у них нет, зато есть редкий дар, помогающий понять, что преследует людей, обратившихся к ним за помощью, и как избавить их от одержимости. Мейсоны стали жертвой убийцы – по версии следствия, это сделал один из клиентов, религиозный фанатик, за то, что супруги не смогли помочь его ребенку. Сиротами остались две дочери – четырнадцатилетняя Сильви и недавно закончившая школу Роуз. Но с гибелью...
И ты поступишь умно, если последуешь моему примеру. Пиши свои эссе и получай призы. Пусть все говорят, что ты настоящий ангел. Должно быть, чудесно жить в раковине, Сильви.
У супружеской четы Мейсонов необычная профессия: они экзорцисты. Ни сана, ни глубоких познаний в теологии у них нет, зато есть редкий дар, помогающий понять, что преследует людей, обратившихся к ним за помощью, и как избавить их от одержимости. Мейсоны стали жертвой убийцы – по версии следствия, это сделал один из клиентов, религиозный фанатик, за то, что супруги не смогли помочь его ребенку. Сиротами остались две дочери – четырнадцатилетняя Сильви и недавно закончившая школу Роуз. Но с гибелью...
– Мы люди, – с немалой гордостью ответил отец. – Страх – естественная реакция человека. Но когда мы его испытываем, то начинаем молиться.
У супружеской четы Мейсонов необычная профессия: они экзорцисты. Ни сана, ни глубоких познаний в теологии у них нет, зато есть редкий дар, помогающий понять, что преследует людей, обратившихся к ним за помощью, и как избавить их от одержимости. Мейсоны стали жертвой убийцы – по версии следствия, это сделал один из клиентов, религиозный фанатик, за то, что супруги не смогли помочь его ребенку. Сиротами остались две дочери – четырнадцатилетняя Сильви и недавно закончившая школу Роуз. Но с гибелью...
Даже самые страшные снежные бури начинаются с нескольких снежинок, медленно падающих с неба.
У супружеской четы Мейсонов необычная профессия: они экзорцисты. Ни сана, ни глубоких познаний в теологии у них нет, зато есть редкий дар, помогающий понять, что преследует людей, обратившихся к ним за помощью, и как избавить их от одержимости. Мейсоны стали жертвой убийцы – по версии следствия, это сделал один из клиентов, религиозный фанатик, за то, что супруги не смогли помочь его ребенку. Сиротами остались две дочери – четырнадцатилетняя Сильви и недавно закончившая школу Роуз. Но с гибелью...
Мне нравилось изображать из себя ту дочь, которую хотели видеть мои родители.
У супружеской четы Мейсонов необычная профессия: они экзорцисты. Ни сана, ни глубоких познаний в теологии у них нет, зато есть редкий дар, помогающий понять, что преследует людей, обратившихся к ним за помощью, и как избавить их от одержимости. Мейсоны стали жертвой убийцы – по версии следствия, это сделал один из клиентов, религиозный фанатик, за то, что супруги не смогли помочь его ребенку. Сиротами остались две дочери – четырнадцатилетняя Сильви и недавно закончившая школу Роуз. Но с гибелью...
Большинство людей боятся верить в призраков. А я боюсь в них не верить. Но кто же они? Ведь если их не существует – если после смерти мы не можем задержаться в этом измерении, чтобы закончить оставшиеся дела, то тогда каждое мгновение, каждый наш вдох столь же эфемерны, как ветер. Значит, все, что мы делаем на земле – приход и уход, любовь и ненависть, – все напрасно. Так что нет. Призраки меня не пугают. А вот их отсутствие вызывает ужас.
У супружеской четы Мейсонов необычная профессия: они экзорцисты. Ни сана, ни глубоких познаний в теологии у них нет, зато есть редкий дар, помогающий понять, что преследует людей, обратившихся к ним за помощью, и как избавить их от одержимости. Мейсоны стали жертвой убийцы – по версии следствия, это сделал один из клиентов, религиозный фанатик, за то, что супруги не смогли помочь его ребенку. Сиротами остались две дочери – четырнадцатилетняя Сильви и недавно закончившая школу Роуз. Но с гибелью...