Мои цитаты из книг
Я вроде как немного чокнутый. И очень одинокий, – добавил я <...>.
Что ожидает тебя в будущем? Например, Леонард Пикок твердо решил, что его восемнадцатый день рождения станет днем его смерти… Правда, сначала он хотел бы встретиться с любимым учителем, с соседом, вместе с которым с удовольствием смотрит старые детективные фильмы, с одноклассником, талантливым скрипачом, а еще с девушкой, которую он мечтает поцеловать… Ну а потом он убьет парня, когда-то бывшего его лучшим другом, и следом покончит с собой… И самое главное: заставит ли героя общение...
Я составил для себя целый список вопросов и потом каждый раз, когда мы три раза в неделю встречались на станции, задавал ей очередной.Как мог Бог допустить холокост?
Если Бог создал все-все-все, зачем тогда Он изобрел грех, который помогает Ему вас надуть и обернуть ваши же грехи против вас?
Если Бог создал этот мир и хочет, чтобы мы были христианами, почему тогда в мире существует столько религий?
Почему Бог разрешает людям вести с Ним войну?
Если ты родился в стране с другими культурными традициями и вообще не слышал об Иисусе Христе, отправит ли тебя Бог прямиком в ад за то, что ты не христианин? А если и так, разве это справедливо?
Почему в твоей церкви всегда верховодят мужчины? Разве женщины не способны осуществлять руководство? И разве в наше время допустим подобный патриархальный сексизм?
Почему умирает так много детей?
Почему в мире так много бедных?
И посещал ли Иисус другие планеты в неведомых нам далеких галактиках?
Что ожидает тебя в будущем? Например, Леонард Пикок твердо решил, что его восемнадцатый день рождения станет днем его смерти… Правда, сначала он хотел бы встретиться с любимым учителем, с соседом, вместе с которым с удовольствием смотрит старые детективные фильмы, с одноклассником, талантливым скрипачом, а еще с девушкой, которую он мечтает поцеловать… Ну а потом он убьет парня, когда-то бывшего его лучшим другом, и следом покончит с собой… И самое главное: заставит ли героя общение...
Я вполне готов покончить с этой жизнью.
Ведь так прекрасно наконец получить возможность завершить свой жизненный путь.
Это будет мне лучшим подарком на день рождения; я точно знаю.
Что ожидает тебя в будущем? Например, Леонард Пикок твердо решил, что его восемнадцатый день рождения станет днем его смерти… Правда, сначала он хотел бы встретиться с любимым учителем, с соседом, вместе с которым с удовольствием смотрит старые детективные фильмы, с одноклассником, талантливым скрипачом, а еще с девушкой, которую он мечтает поцеловать… Ну а потом он убьет парня, когда-то бывшего его лучшим другом, и следом покончит с собой… И самое главное: заставит ли героя общение...
— Давай так: рецепт твой. Но кое-что мое.
— Ты что взамен хочешь? — насторожилась девушка.
— Браслет видишь?
— Ну?
— Я хочу открыть зачарование предметов. Для этого почти со всех трофеев сбиваю эффекты — это вроде бы единственный способ.
— Ты хочешь с этого браслета сбить зачарование?
— Да.
— Сбивай, он ни с ним, ни без него много не стоит, мог бы и не спрашивать.
«Получена новая дополнительная характеристика: „зачарование“».
Рос непроизвольно улыбнулся и радостно воскликнул:
— Штучка!
— Что?
— Я бы тебя расцеловал, но боюсь твоего парня.
— Чего это ты так обрадовался? — с подозрением уточнила девушка.
— Зачарование открылось. Ты мне удачу принесла.
— Почему я?
— Знала бы ты, сколько вещей пришлось угробить на это дело. Руки опускались, уже не верил, что откроется.
— Ну поздравляю. Только здесь оно тебе не очень-то понадобится.
— Как знать… Ну так что, пошли дальше? Нам надо по десять кусков сдать, а то останемся голодными.
Телега истории нашего мира предпочитает двигаться по пологой спирали, и, завершая виток, ты очень близко подбираешься к его началу. История Второго Мира, похоже, упростила свой путь до кольца, выхода из которого не видно. Взявшись за посох мага, не жди, что его у тебя никто не отнимет. Или на что-нибудь не поменяет. Например, на кирку, с которой ты встретил первые дни нового рождения, такую же ржавую и ни на что не годную. Кольцо ведь на то и кольцо: все, что с тобой случается, будет повторяться...
— Послушай, Рос, не знаю, что у тебя там в голове, и потому сразу скажу: у меня есть парень. Он ждет меня и очень волнуется.
— И чего же он отпустил тебя одну к наемникам?
— Ну получилось так… — замялась девушка.
— Бывает. Зачем про него рассказала?
— Ну, чтобы ты… Ну это… Ну не приставал.
— Ты думаешь, что, если я вдруг в пещере темной внезапно очень сильно захочу женской ласки, твой парень, который сейчас неизвестно где, может помешать моим гнусным намерениям? Ну да, умру от смеха, представив, как он бесится где-то за тридевять земель.
— Ну посмейся-посмейся. Я тебе все сказала: не приставай.
— Даже если приплатят золотом, не стану, не надейся. И меньше слов, мы уже на месте. Давай, показывай свои волшебные бафы.
— Пати кинь.
Телега истории нашего мира предпочитает двигаться по пологой спирали, и, завершая виток, ты очень близко подбираешься к его началу. История Второго Мира, похоже, упростила свой путь до кольца, выхода из которого не видно. Взявшись за посох мага, не жди, что его у тебя никто не отнимет. Или на что-нибудь не поменяет. Например, на кирку, с которой ты встретил первые дни нового рождения, такую же ржавую и ни на что не годную. Кольцо ведь на то и кольцо: все, что с тобой случается, будет повторяться...
– Лети ко мне.
– Зачем?
– На меня разрядишь.
– Ты же не собирался замки снимать.
– Ради тебя на все готов.
– Не смешно. И вообще, мне до рвоты надоело бегать в этом образе, запарился закрывать приваты от разных извращенцев. Откуда их столько здесь?
– Каких извращенцев? Ничего не знаю, мне никто гадости не пишет. Может, ты сам к ним пристаешь? Ай-ай-ай!..
– Цифра, как прокачаю «Чистый лист», первым делом сменю тебе внешность и ник. Будешь у нас эльфийкой с ногами от ушей, грудью пятого размера и надписью над головой: «Звезда минета». Побегаешь так хотя бы с недельку, а вот потом вернемся к разговору об извращенцах.
– Ладно тебе! Чего сразу завелся-то? Шуток не понимаешь?
Телега истории нашего мира предпочитает двигаться по пологой спирали, и, завершая виток, ты очень близко подбираешься к его началу. История Второго Мира, похоже, упростила свой путь до кольца, выхода из которого не видно. Взявшись за посох мага, не жди, что его у тебя никто не отнимет. Или на что-нибудь не поменяет. Например, на кирку, с которой ты встретил первые дни нового рождения, такую же ржавую и ни на что не годную. Кольцо ведь на то и кольцо: все, что с тобой случается, будет повторяться...
Один из мобов, выйдя из палатки, подошел к пленникам, протянул две деревянные миски, сильно потрепанные жизнью и грязные настолько, что возникали ассоциации с сапогами скотника, две смены отпахавшего на ферме, где навоз не убирали со времен монголо-татарского ига. Даже прикасаться к ним не хотелось.
Рос, заглянув в свою миску, увидел жижу столь омерзительного вида, что к ней даже мухи подлетать не осмеливались. Похоже, главным ингредиентом для приготовления этого блюда являлась протухшая блевотина умирающего от гангрены борова, а вместо специй использовали то самое таинственное дерьмо, которого в этом мире еще никто никогда не видел. Запах был столь ядрен и омерзителен, что данную субстанцию следует признать оружием массового поражения похуже зарина.
Телега истории нашего мира предпочитает двигаться по пологой спирали, и, завершая виток, ты очень близко подбираешься к его началу. История Второго Мира, похоже, упростила свой путь до кольца, выхода из которого не видно. Взявшись за посох мага, не жди, что его у тебя никто не отнимет. Или на что-нибудь не поменяет. Например, на кирку, с которой ты встретил первые дни нового рождения, такую же ржавую и ни на что не годную. Кольцо ведь на то и кольцо: все, что с тобой случается, будет повторяться...
Хороший план. Мой маразм такие любит. Легко запомнить.
Телега истории нашего мира предпочитает двигаться по пологой спирали, и, завершая виток, ты очень близко подбираешься к его началу. История Второго Мира, похоже, упростила свой путь до кольца, выхода из которого не видно. Взявшись за посох мага, не жди, что его у тебя никто не отнимет. Или на что-нибудь не поменяет. Например, на кирку, с которой ты встретил первые дни нового рождения, такую же ржавую и ни на что не годную. Кольцо ведь на то и кольцо: все, что с тобой случается, будет повторяться...
— Нельзя быть таким упрямым! — Нельзя жить, если перестал себя уважать.
Телега истории нашего мира предпочитает двигаться по пологой спирали, и, завершая виток, ты очень близко подбираешься к его началу. История Второго Мира, похоже, упростила свой путь до кольца, выхода из которого не видно. Взявшись за посох мага, не жди, что его у тебя никто не отнимет. Или на что-нибудь не поменяет. Например, на кирку, с которой ты встретил первые дни нового рождения, такую же ржавую и ни на что не годную. Кольцо ведь на то и кольцо: все, что с тобой случается, будет повторяться...
Рос смотрел на куб и чувствовал, как на затылке шевелятся волосы, руки норовят обхватить сокровище покрепче, а ноги помчаться куда угодно, лишь бы там было безопасно. То, что он держал в руках, на его родине имело право именоваться «Халява размером с Московский Кремль».
Телега истории нашего мира предпочитает двигаться по пологой спирали, и, завершая виток, ты очень близко подбираешься к его началу. История Второго Мира, похоже, упростила свой путь до кольца, выхода из которого не видно. Взявшись за посох мага, не жди, что его у тебя никто не отнимет. Или на что-нибудь не поменяет. Например, на кирку, с которой ты встретил первые дни нового рождения, такую же ржавую и ни на что не годную. Кольцо ведь на то и кольцо: все, что с тобой случается, будет повторяться...