...я живу только прошлым... и все, чем я в данный момент существую, только в будущем может быть пережито мною...
Господа! Неужели вы все настолько пошлые люди, что у вас даже выражение "личное дело" ассоциируется с женскими трусами?
Знаменательно: вчера выпал первый снег, а сегодня растаял. Чуть-чуть знаменательно.
Хладнокровно-ревнивая,
Дева юная, страстная,
Дева страстно-прекрасная,
Боязливо стыдливая!
Все томишься, бессильная
Сбросить сети, сплетенные
Жуткой жизнью, - могильною,
Точно пропасть бездонная.Точно пропасть бездонная,
Точно призраки странные,
Вас пугает туманное
Жизни счастье стесненное...
О не ждите нежданного,
Не зовите далекого,
Навсегда одинокая
Дева страстно желанная!Дева страстно желанная,
Вашу участь печальную
Не изменит, безумная,
Даже юность туманная
И мечтанья блестящие -
Не воскреснет бесцельное,
Не проснется мертвящее, -
Нет конца беспредельному!Нет конца беспредельному, -
Беспредельность бесцельная, -
Как мечтанья бесплодные,
Как напрасность прекрасного,
Как бесстрастность свободного -
И опасность бесстрастного.
Только силы природные -
Сокровенность прекрасного!Сокровенность прекрасного -
Только лик беспрерывного,
Созерцание дивного
И обман сладострастного,
Только звуки желанного,
Море смутно-прекрасное,
Небо вечно-безмолвное,
Ожиданье нежданного...Ожиданье нежданного,
Возрожденье бесплодного...
Несказанно-туманная
Нежность силы природного
В вас разбудит желанное
Бытие несравненного,
Благодать неизменного, -
Так не жди же нежданного!
Так не жди же нежданного
И не требуй далекого,
Навсегда одинокая
Дева страстно желанная,
Дева смутно-прекрасная,
Боязливо-стыдливая,
До забвенья ревнивая,
До безумия страстная!!!
Боже мой! До чего вы остроумно глупы…
…и трусливы…
Труслив?..
Мда!.. Вы, как огня, боитесь банальщины… Вы бродите по ночам только потому, что спят другие; вы ненавидите всех нравящихся вам, потому что вам кажется тривиальным любить любимых и ненавидеть ненавистных, …вот теперь вы легкомысленно расстегнули свой плащ…
В то время, как другой на моем месте глубокомысленно застегнул бы его…
Даже там, где нужно всего-навсего вмешательство милиции, они взывают к небу!
Тот, кто сидел теперь напротив господина Голядкина, был - ужас господина Голядкина, был - стыд господина Голядкина, был - вчерашний кошмар господина Годядкина, одним словом, был сам господин Голядкин.
Много бы дал он теперь, если б не было кой-чего из того, что было вчера.
Чувствовал он, что решиться на что-нибудь в настоящую минуту было для него сущею необходимостью; даже чувствовал, что много бы дал тому, кто сказал бы ему, на что именно нужно решиться.
Господин Голядкин тотчас, по всегдашнему обыкновению своему, поспешил принять вид совершенно особенный, вид, ясно выражавший, что он, Голядкин, сам по себе, что он ничего, что дорога для всех довольно широкая и что ведь он, Голядкин, сам никого не затрогивает.