Законы жизни требуют постоянно убивать, чтобы выжил лучший.
Обычно, говорил он, вопрос решается в течение 30–45 минут, однако предварительное обдумывание его начинается примерно за полгода до этого.
Война постепенно превращалась в «битву в неизвестности».
Дневник Геббельса и «протоколы» Шпеера показывают, что правила игры диктовал Гитлер; стоило ему заметить, что им пытаются манипулировать, как он впадал в ярость.
Дарре объяснял его невероятное влияние на соратников тем, что никогда и никому – ни Герингу, ни Гиммлеру, ни Геббельсу – не удавалось навязать ему свою волю.
«Помни, что ты – немец».
Он всегда настаивал на личной ответственности – пусть народ судит его после войны.
Действительно, одной из наиболее ярких черт его характера была неспособность к пересмотру своих базовых убеждений.
Он любил здесь прогуливаться; это был единственный «вид спорта», который он признавал, не считая утренней гимнастики на укрепление бицепсов – он тренировался в умении подолгу держать на весу руку, вытянутую в нацистском салюте.
Поскольку чаще всего фюрер излагал свои соображения в достаточно туманной форме, это открывало перед помощниками широкое поле для интерпретаций и формулировок. Отсюда – бесчисленные искажения, недоразумения и намеренные перевирания в личных интересах. Признано, что в этом заключалась одна из главных слабостей режима.