admin

У каждой эпохи свои крайности, поэтому никогда не стоит сожалеть о времени, в котором живешь.

Прекрасные господа из Буа-Доре

Жорж Санд

Жорж Санд (настоящее имя Аврора Дюпен, по мужу Дюдеван, годы жизни 1804–1876) — классик французской литературы XIX века. Она автор широко известных романов «Индиана», «Мопра», «Консуэло», «Грех господина Антуана». Предлагаемая книга повествует о жизни дворянства Франции рубежа XVI–XVII веков.

Говорят, что наши предки — дворяне или мещане — несомненно, были крепче, чем сегодня мы, в то время как наши предки — рабочие и крестьяне — напротив, были менее здоровыми.
Так считают старики моей страны, и их взгляды кажутся мне обоснованными: у зажиточных людей была привычка к свежему воздуху и к движению, современная жизнь избавила нас от этого или лишила. Дворянин, который вел образ жизни воина или охотника, до преклонных лет сохранял силу и здоровье. Бедные классы жили хуже и хуже питались, чем в наши дни, не говоря об огромном количестве несчастных, которым совсем нечего было есть и негде жить.

Прекрасные господа из Буа-Доре

Жорж Санд

Жорж Санд (настоящее имя Аврора Дюпен, по мужу Дюдеван, годы жизни 1804–1876) — классик французской литературы XIX века. Она автор широко известных романов «Индиана», «Мопра», «Консуэло», «Грех господина Антуана». Предлагаемая книга повествует о жизни дворянства Франции рубежа XVI–XVII веков.

Ничто так не греет мои каштаны страсти, как вид девушки за рулём серьезной машины.

В общем, был славный солнечный денек, и я подумал, не спустить ли мне крышу «мерса» и не прошелестеть ли до Ноттинг-Хилла с ветерком… Палец завис над кнопкой, но разум упрямился. «Не вздумай! – говорил он. – Ты пожилой мужик, с плешью, желтыми зубами и брюхом размерами с Норфолк. Какое, по-твоему, послание ты несешь миру, рассекая по Парк-Лейн со спущенной крышей?»

Да, в Италии есть кое-какие симпатичные постройки — иные из них на самом деле почти не уступают в симпатичности некоторым постройкам во Франции. Да, там жило несколько великих художников. Но как насчет Рембрандта и Ван Гога, которые оба голландцы? Значит ли это, что современные голландские авто должны быть приятны глазу? Правда? Тогда как объяснить Mitsubishi Carisma (которую собирали на заводе в Голландии)?В любом случае, даже если итальянцы в былые века хорошо умели возводить здания, не факт, что они сберегли те гены доныне. Мы когда-то хорошо строили мосты, тоннели и поезда. А теперь даже до Манчестера не доедешь, не разорившись и не убившись.Увы, и я не меньше других виновен в фабрикации итальянского мифа. Я не раз заявлял, что итальянцы просто не могут делать некрасивые машины уже потому, что их все время окружает красота. Это чушь. Ferrari базируется в Маранелло, одном из самых кошмарных городов мира.Пора отбросить стереотип о красавцах-итальянцах, у которых за окном конструкторского бюро — пьяццо XII века, а за дверью — секретарша с ногами длиной 2500 километров.

Зрители, которые пишут в Top Gear, иногда упрекают меня, что мои зубы выглядят будто загорелые, а волосы торчат как пакля. Видимо, эти люди путают меня с кем-то, кому на такие вещи не плевать. На прошлой неделе какой-то мужичок написал, что у меня ботинки нечищеные.Сколь пустую жизнь должен вести человек, чтобы его занимали такие вещи? И какой вдвойне пустой она должна быть, чтобы возмущение нечищеными ботинками заставило включить компьютер, написать письмо, а потом еще озаботиться поисками конверта и марки? Я никогда не чищу никакую обувь. Я ее ношу. Она разваливается. Я покупаю новую. Точка.

Последние лет десять подвеска на машинах постепенно становится все жестче и жестче. Дошло до того, что болтанка, как на Audi А6, считается не только допустимой, но и нормальной, а жесткая подвеска Evo VIII, от которой перемешиваются внутренности, воспринимается как довольно умеренная плата за шик и престиж.Ну что за дурь. На этой неделе я водил BMW Х3, и, сказать попросту, выносить такую езду дольше трех-четырех минут просто невозможно. Да, управляемость для такой высокой и нескладной с виду твари на удивление, но подвеска — такая глубокая жэ, что губит всю машину.Х3 можно сравнить с человеком, который стоит у дороги и каждому прохожему вручает пятифунтовую банкноту. А потом бьет ножом в сердце. Получаемое благо полностью зачеркивается окончательным кошмаром.

Не подлежит ни малейшему сомнению, что я самый везучий из обитателей Земли. При зачаточной журналисткой квалификации и инженерных способностях, как у воробья, я стал автомобильным журналистом. А это, наверное, самая легкая работа в мире, не считая метеоролога в пустыне Сахара.

Мы, люди, по природе животные стадные. Мы любим компанию, а одиночки всех настораживают. Про субъекта, которому хорошо с самим собой, мы справедливо думаем, что у него дома солидная коллекция ножей и он мечтает однажды прийти в магазин и перестрелять всех, кто там окажется.

Мы с вами в южной Испании, где женщины в оранжевом загаре, а мужчины в международном розыске.