Мои цитаты из книг
Говорящие на диалектах избегали грубого «я люблю тебя». Выражением высшего чувства оказывалась фраза «мне с тобой легко», употреблявшаяся и по отношению к мюсли.
«Неблагодарная чужестранка» — одна из тех книг, где первичны не события. Автору важно показать, что чувствует тот, кому ежедневно и ежечасно показывают, что он — чужой, какая это пытка — все время быть благодарным. «Оставив родину в привычной глазу тьме, мы приближались к светящейся чужбине» — так начинается роман. Будет ли светящаяся чужбина милосердна к тем, кто пытается в нее врасти и стать хоть немного «своим»? Роман получил литературную премию Конфедерации (Eidgenössischer Preis für...
- Я индивидуалист, я не такой, как все, - говорила в один голос вся страна.
«Неблагодарная чужестранка» — одна из тех книг, где первичны не события. Автору важно показать, что чувствует тот, кому ежедневно и ежечасно показывают, что он — чужой, какая это пытка — все время быть благодарным. «Оставив родину в привычной глазу тьме, мы приближались к светящейся чужбине» — так начинается роман. Будет ли светящаяся чужбина милосердна к тем, кто пытается в нее врасти и стать хоть немного «своим»? Роман получил литературную премию Конфедерации (Eidgenössischer Preis für...
... вспоминать прошлое - это всё равно что совершать путешествие в те места, где ты когда-то бывал, а теперь обнаружил, что там ничего не осталось, всё унесено ветром.
Байрон Хеммингc знал, что его мать – не такая, как все. Изящная, хрупкая, очень красивая, неизменно сдержанная и приветливая, Дайана вела себя, как настоящая леди. И никто, кроме Байрона, за этой сдержанностью не замечал бурю эмоций, которые она старательно подавляла, пытаясь играть навязанную ей роль.
Байрон точно знал, что мать нуждается в его защите, он чувствовал себя мудрее и старше ее. Но он был всего лишь ребенок, а ведь даже взрослые не всегда находят силы противостоять судьбе.
Может, именно это, думает он, люди ищут в своих друзьях и партнёрах? Ту часть человеческого "я", которой не достаёт им самим?
Байрон Хеммингc знал, что его мать – не такая, как все. Изящная, хрупкая, очень красивая, неизменно сдержанная и приветливая, Дайана вела себя, как настоящая леди. И никто, кроме Байрона, за этой сдержанностью не замечал бурю эмоций, которые она старательно подавляла, пытаясь играть навязанную ей роль.
Байрон точно знал, что мать нуждается в его защите, он чувствовал себя мудрее и старше ее. Но он был всего лишь ребенок, а ведь даже взрослые не всегда находят силы противостоять судьбе.
И всё-таки даже самая незначительная мелочь способна резко изменить привычное окружение и доставить человеку столько горя, что у него всё перевернётся внутри.
Байрон Хеммингc знал, что его мать – не такая, как все. Изящная, хрупкая, очень красивая, неизменно сдержанная и приветливая, Дайана вела себя, как настоящая леди. И никто, кроме Байрона, за этой сдержанностью не замечал бурю эмоций, которые она старательно подавляла, пытаясь играть навязанную ей роль.
Байрон точно знал, что мать нуждается в его защите, он чувствовал себя мудрее и старше ее. Но он был всего лишь ребенок, а ведь даже взрослые не всегда находят силы противостоять судьбе.
Он уговаривал себя не думать об этом, но для того, чтобы не думать, требовались невероятная усилия - не меньше, чем если бы он постоянно только об этом и думал.
Байрон Хеммингc знал, что его мать – не такая, как все. Изящная, хрупкая, очень красивая, неизменно сдержанная и приветливая, Дайана вела себя, как настоящая леди. И никто, кроме Байрона, за этой сдержанностью не замечал бурю эмоций, которые она старательно подавляла, пытаясь играть навязанную ей роль.
Байрон точно знал, что мать нуждается в его защите, он чувствовал себя мудрее и старше ее. Но он был всего лишь ребенок, а ведь даже взрослые не всегда находят силы противостоять судьбе.
Мы не одиноки, думает он, но не успевает эта мысль прийти ему в голову, как он понимает, что этой мыслью ему не с кем поделиться.
Байрон Хеммингc знал, что его мать – не такая, как все. Изящная, хрупкая, очень красивая, неизменно сдержанная и приветливая, Дайана вела себя, как настоящая леди. И никто, кроме Байрона, за этой сдержанностью не замечал бурю эмоций, которые она старательно подавляла, пытаясь играть навязанную ей роль.
Байрон точно знал, что мать нуждается в его защите, он чувствовал себя мудрее и старше ее. Но он был всего лишь ребенок, а ведь даже взрослые не всегда находят силы противостоять судьбе.
Время всё лечит, говорила миссис Сассекс. Она уверяла Байрона, что со временем острота утраты ослабнет. Но в том-то и дело, что ему совсем не хотелось расставаться с ощущением утраты - единственным, что у него осталось от матери. Если время залечит и эту рану, всё станет так, словно Дайаны никогда и не было на свете.
Байрон Хеммингc знал, что его мать – не такая, как все. Изящная, хрупкая, очень красивая, неизменно сдержанная и приветливая, Дайана вела себя, как настоящая леди. И никто, кроме Байрона, за этой сдержанностью не замечал бурю эмоций, которые она старательно подавляла, пытаясь играть навязанную ей роль.
Байрон точно знал, что мать нуждается в его защите, он чувствовал себя мудрее и старше ее. Но он был всего лишь ребенок, а ведь даже взрослые не всегда находят силы противостоять судьбе.
Может, иной раз даже полезно чего-то лишиться, чтобы понять, как правильно всё было устроено прежде?
Байрон Хеммингc знал, что его мать – не такая, как все. Изящная, хрупкая, очень красивая, неизменно сдержанная и приветливая, Дайана вела себя, как настоящая леди. И никто, кроме Байрона, за этой сдержанностью не замечал бурю эмоций, которые она старательно подавляла, пытаясь играть навязанную ей роль.
Байрон точно знал, что мать нуждается в его защите, он чувствовал себя мудрее и старше ее. Но он был всего лишь ребенок, а ведь даже взрослые не всегда находят силы противостоять судьбе.
Точно так же, думал Байрон, ведут себя время и печаль. Только и ждут, когда человека можно застать врасплох. И сколько ни маши на них руками, сколько ни кричи, они все равно прекрасно знают, что сильнее тебя, и в конце концов возьмут над тобой верх.
Байрон Хеммингc знал, что его мать – не такая, как все. Изящная, хрупкая, очень красивая, неизменно сдержанная и приветливая, Дайана вела себя, как настоящая леди. И никто, кроме Байрона, за этой сдержанностью не замечал бурю эмоций, которые она старательно подавляла, пытаясь играть навязанную ей роль.
Байрон точно знал, что мать нуждается в его защите, он чувствовал себя мудрее и старше ее. Но он был всего лишь ребенок, а ведь даже взрослые не всегда находят силы противостоять судьбе.