Слова молитвы всегда размягчают людей, особенно если речь идет о прощании с человеком, которого любишь так, как я любил грека.
Нам досталась вся любовь мира, но мы сломались под ней. Чтобы взлететь за облака, добраться до вершины, нужен большой самолетный мотор. Но поставь его на «форд», и он рассыплется на мелкие кусочки. Вот так же и мы, Фрэнк, как поношенные «форды». Господь Бог там, наверху, смеется над нами.
И хитрец иногда сам себя перехитрить может.
Да, я был хорош! Моя беда была в том, что я был недостаточно хорош.
«Господи, я слышал о парнях, которые были способны на убийство из-за того, что не могли получить свое, но никогда – о человеке, который бы ради этого дела убивал, уже получив свое.»
Я хочу работать и быть кем-то. Но без любви все это ни к чему.
«– Фрэнк...
– В чем дело?
– Еще одно. Мы должны любить. Если мы будем любить друг друга, то все остальное неважно.»
— Ну, если ты такая дура, что сама суешь голову в петлю, лишь бы отомстить мне, то у тебя есть действительно миллионы возможностей. Это точно.
Я вышел. Мне удалось добиться своего: задеть ее за живое, достаточно глубоко и больно. С этой минуты между нами все будет ясно. Возможно, она и не скажет «да», но уж точно не сможет меня игнорировать. Она знает, о чем я думаю, и знает, что я вижу ее насквозь.
Я не кошка и не голубка, Фрэнк. Я просто больше не могу.