Мои цитаты из книг
В ту пору люди не очень-то жаловали слуг божьих. Это теперь им будто бы воздается по заслугам, так нас стараются уверить.
Роман "Стыд" принадлежит к числу самых известных произведений Салмана Рушди. Эта книга основана на подлинных событиях новейшей истории Пакистана, но сам автор называет ее "чем-то вроде сказки на новый лад". Если из нашей жизни вычесть стыд, утверждает писатель, останется лишь разнузданная свобода, свобода от всех пут и уз, соединяющих людей друг с другом, а прошлое с настоящим.
Тут, на Земле, скопился весьма разношерстный сброд, ни одной совпадающей челюсти или отпечатков пальцев. Кого тут только ни встретишь. Хлам и срам, причем ни капли стыда, ну ни капельки. Все полны решимости следовать своей натуре, и это неизбежно. Баб достало сидеть под нами, мужиками. Голубым и розовым надоело смущаться перед натуралами. У черных вот уже где сидит вся эта белая власть. Уличные преступники предпочли бы заниматься своим делом без вмешательства полиции, которая все время пытается, подумать только, арестовать их и засадить в тюрягу, ну это уж вообще. Нынче даже педофил — адепт насилия в столь чистом виде, ему, видишь ли, годятся только дети, — осмеливается показать свое замаскированное лицо; он тоже хочет немного уважения.
image Самый знаменитый роман знаменитого Мартина Эмиса, сына не менее знаменитого Кингсли Эмиса. У Джона Сама жизнь удалась. Скандально известный режиссер рекламных роликов, ценитель бухла, фаст-фуда и порнографии во всем ее многообразии, он готовится снимать полнометражный художественный фильм “Плохие деньги” (или “Хорошие деньги”; вопрос на стадии обсуждения). Мотаясь между Лондоном и Нью-Иорком, он всеми силами старается не увидеть нависшей над ним зловещей тени и, сдвинув на кончик носа...
каждый пятый или каждый третий, а то и вообще каждый, полагают, будто все их мысли илоступки контролируются инопланетянами. И это не только обычные олухи без царя в голове или тронутые тряпичницы, но также затравленные слуховыми галлюцинациями судьи, пучеглазые плутократы и четвертованные чинуши... так вот, в прежние времена эта ошалевшая покоренная шатия предавалась бы размышлениям о Боге и Сатане, о рае и аде, о судьбе духа; душу они представляли как внутреннее существо — влажно улыбающийся ангел в розовой ночнушке или гримасничающий, неприлично жестикулирующий косматый гоблин-онанист. Но теперь завоеватель — это цифровой призрак, обмотанный магнитной лентой и распечатками, и лик его инопланетный.
Иногда мне кажется, что я под чьим-то контролем. Некий космический захватчик пытается захватить мой космос, мой внутренний космос; шутничок, блин, долбаный. Но он не оттуда, не извне; он наш, в доску наш.
image Самый знаменитый роман знаменитого Мартина Эмиса, сына не менее знаменитого Кингсли Эмиса. У Джона Сама жизнь удалась. Скандально известный режиссер рекламных роликов, ценитель бухла, фаст-фуда и порнографии во всем ее многообразии, он готовится снимать полнометражный художественный фильм “Плохие деньги” (или “Хорошие деньги”; вопрос на стадии обсуждения). Мотаясь между Лондоном и Нью-Иорком, он всеми силами старается не увидеть нависшей над ним зловещей тени и, сдвинув на кончик носа...
женщины покачиваются из стороны в сторону, когда за рулем, а смеются, главным образом, чисто по дружбе, они держат горячую чашку двумя руками, а чтобы согреться, обнимают себя за плечи, они не любят игр и спорта и говорят «ух ты» гораздо чаще, чем мы, они, на мужской взгляд, легковерны и винят вас за все ваши промахи в их снах, они конспирологи и благосклонные диктаторы
image Самый знаменитый роман знаменитого Мартина Эмиса, сына не менее знаменитого Кингсли Эмиса. У Джона Сама жизнь удалась. Скандально известный режиссер рекламных роликов, ценитель бухла, фаст-фуда и порнографии во всем ее многообразии, он готовится снимать полнометражный художественный фильм “Плохие деньги” (или “Хорошие деньги”; вопрос на стадии обсуждения). Мотаясь между Лондоном и Нью-Иорком, он всеми силами старается не увидеть нависшей над ним зловещей тени и, сдвинув на кончик носа...
Все задиры в глубине души трусы.
image Самый знаменитый роман знаменитого Мартина Эмиса, сына не менее знаменитого Кингсли Эмиса. У Джона Сама жизнь удалась. Скандально известный режиссер рекламных роликов, ценитель бухла, фаст-фуда и порнографии во всем ее многообразии, он готовится снимать полнометражный художественный фильм “Плохие деньги” (или “Хорошие деньги”; вопрос на стадии обсуждения). Мотаясь между Лондоном и Нью-Иорком, он всеми силами старается не увидеть нависшей над ним зловещей тени и, сдвинув на кончик носа...
Без денег вам один день от роду. Без денег в вас один дюйм роста. Плюс до нитки раздеты. Но самая прелесть, что когда у вас нет денег, то с вас ничего и не возьмешь. А то ведь могли бы взять, еще как могли бы. Но когда вы на мели, никто и не почешется.
image Самый знаменитый роман знаменитого Мартина Эмиса, сына не менее знаменитого Кингсли Эмиса. У Джона Сама жизнь удалась. Скандально известный режиссер рекламных роликов, ценитель бухла, фаст-фуда и порнографии во всем ее многообразии, он готовится снимать полнометражный художественный фильм “Плохие деньги” (или “Хорошие деньги”; вопрос на стадии обсуждения). Мотаясь между Лондоном и Нью-Иорком, он всеми силами старается не увидеть нависшей над ним зловещей тени и, сдвинув на кончик носа...
Деньги — единственное, что нас связывает. Долларовые купюры, фунтовые банкноты — все эти бумажки на самом деле ноты отчаяния, записки самоубийцы. Деньги — записка самоубийцы.
image Самый знаменитый роман знаменитого Мартина Эмиса, сына не менее знаменитого Кингсли Эмиса. У Джона Сама жизнь удалась. Скандально известный режиссер рекламных роликов, ценитель бухла, фаст-фуда и порнографии во всем ее многообразии, он готовится снимать полнометражный художественный фильм “Плохие деньги” (или “Хорошие деньги”; вопрос на стадии обсуждения). Мотаясь между Лондоном и Нью-Иорком, он всеми силами старается не увидеть нависшей над ним зловещей тени и, сдвинув на кончик носа...
Моя голова — это город, в разных районах которого поселились разные болячки.
image Самый знаменитый роман знаменитого Мартина Эмиса, сына не менее знаменитого Кингсли Эмиса. У Джона Сама жизнь удалась. Скандально известный режиссер рекламных роликов, ценитель бухла, фаст-фуда и порнографии во всем ее многообразии, он готовится снимать полнометражный художественный фильм “Плохие деньги” (или “Хорошие деньги”; вопрос на стадии обсуждения). Мотаясь между Лондоном и Нью-Иорком, он всеми силами старается не увидеть нависшей над ним зловещей тени и, сдвинув на кончик носа...
Говорят, инфляция — санитар города. Засучив рукава, бакс приступает к расчистке авгиевых конюшен.
image Самый знаменитый роман знаменитого Мартина Эмиса, сына не менее знаменитого Кингсли Эмиса. У Джона Сама жизнь удалась. Скандально известный режиссер рекламных роликов, ценитель бухла, фаст-фуда и порнографии во всем ее многообразии, он готовится снимать полнометражный художественный фильм “Плохие деньги” (или “Хорошие деньги”; вопрос на стадии обсуждения). Мотаясь между Лондоном и Нью-Иорком, он всеми силами старается не увидеть нависшей над ним зловещей тени и, сдвинув на кончик носа...
Существует единственный способ научиться драться - и это драться почаще.
image Самый знаменитый роман знаменитого Мартина Эмиса, сына не менее знаменитого Кингсли Эмиса. У Джона Сама жизнь удалась. Скандально известный режиссер рекламных роликов, ценитель бухла, фаст-фуда и порнографии во всем ее многообразии, он готовится снимать полнометражный художественный фильм “Плохие деньги” (или “Хорошие деньги”; вопрос на стадии обсуждения). Мотаясь между Лондоном и Нью-Иорком, он всеми силами старается не увидеть нависшей над ним зловещей тени и, сдвинув на кончик носа...