Мои цитаты из книг
Между собой они называли Освальда «объектом», президент же обозначался кодовой кличкой «Улан», принятой в Секретной службе. Человек всеми силами стремится ограничить поверхность, на которой могли бы задержаться боль и раскаяние — чья угодно боль. Темя для вечерних раздумий.
Эта книга – о том, как творится история. Не на полях сражений и не в тройных залах – а в трущобах и пыльных кабинетах, людьми с сомнительным прошлым и опасным настоящим. В этой книге перемешаны факты и вымысел, психология и мистика, но причудливое сплетение нитей заговора и человеческих судеб сходится в одной точке – 22 ноября 1963 года, Даллас, штат Техас. Поворотный момент в истории США и всей западной цивилизации – убийство президента Кеннеди. Одинокий маньяк или сложный заговор спецслужб,...
Печально узнавать, что самоочевидные истины, необходимые истины, так легко опровергаются при тщательном исследовании. Здесь нет плоских поверхностей. Мы живем в искривленном пространстве.
Эта книга – о том, как творится история. Не на полях сражений и не в тройных залах – а в трущобах и пыльных кабинетах, людьми с сомнительным прошлым и опасным настоящим. В этой книге перемешаны факты и вымысел, психология и мистика, но причудливое сплетение нитей заговора и человеческих судеб сходится в одной точке – 22 ноября 1963 года, Даллас, штат Техас. Поворотный момент в истории США и всей западной цивилизации – убийство президента Кеннеди. Одинокий маньяк или сложный заговор спецслужб,...
Люди в маленьких комнатах, в изоляции. Камера — это основа. Тебя помещают в комнату и запирают дверь. Просто до гениальности. Таков конечный размер всех окружающих нас сил. Восемь на пятнадцать.
Эта книга – о том, как творится история. Не на полях сражений и не в тройных залах – а в трущобах и пыльных кабинетах, людьми с сомнительным прошлым и опасным настоящим. В этой книге перемешаны факты и вымысел, психология и мистика, но причудливое сплетение нитей заговора и человеческих судеб сходится в одной точке – 22 ноября 1963 года, Даллас, штат Техас. Поворотный момент в истории США и всей западной цивилизации – убийство президента Кеннеди. Одинокий маньяк или сложный заговор спецслужб,...
В двадцать лет знаешь лишь одно — что тебе двадцать. Все остальное — туман, окружающий этот факт.
Эта книга – о том, как творится история. Не на полях сражений и не в тройных залах – а в трущобах и пыльных кабинетах, людьми с сомнительным прошлым и опасным настоящим. В этой книге перемешаны факты и вымысел, психология и мистика, но причудливое сплетение нитей заговора и человеческих судеб сходится в одной точке – 22 ноября 1963 года, Даллас, штат Техас. Поворотный момент в истории США и всей западной цивилизации – убийство президента Кеннеди. Одинокий маньяк или сложный заговор спецслужб,...
Судьба больше, чем факты или события. Это нечто за пределами чувств, во что можно верить, когда бог так далек от нашей жизни.
Некоторые не верят в бога, но красят яйца на Пасху, просто для разнообразия.
Эта книга – о том, как творится история. Не на полях сражений и не в тройных залах – а в трущобах и пыльных кабинетах, людьми с сомнительным прошлым и опасным настоящим. В этой книге перемешаны факты и вымысел, психология и мистика, но причудливое сплетение нитей заговора и человеческих судеб сходится в одной точке – 22 ноября 1963 года, Даллас, штат Техас. Поворотный момент в истории США и всей западной цивилизации – убийство президента Кеннеди. Одинокий маньяк или сложный заговор спецслужб,...
Нам рассказывают не все. Мы чего-то не знаем. Есть нечто большее. Всегда есть нечто большее. Вот из чего состоит история. Это все в сумме, о чем нам не говорят.
Эта книга – о том, как творится история. Не на полях сражений и не в тройных залах – а в трущобах и пыльных кабинетах, людьми с сомнительным прошлым и опасным настоящим. В этой книге перемешаны факты и вымысел, психология и мистика, но причудливое сплетение нитей заговора и человеческих судеб сходится в одной точке – 22 ноября 1963 года, Даллас, штат Техас. Поворотный момент в истории США и всей западной цивилизации – убийство президента Кеннеди. Одинокий маньяк или сложный заговор спецслужб,...
По словам Джорджа, чтобы узнать, готовы ли спагетти, нужно достать макаронину из кипящей воды и швырнуть ее в стену. Если прилипнет, значит, сварились.
Эта книга – о том, как творится история. Не на полях сражений и не в тройных залах – а в трущобах и пыльных кабинетах, людьми с сомнительным прошлым и опасным настоящим. В этой книге перемешаны факты и вымысел, психология и мистика, но причудливое сплетение нитей заговора и человеческих судеб сходится в одной точке – 22 ноября 1963 года, Даллас, штат Техас. Поворотный момент в истории США и всей западной цивилизации – убийство президента Кеннеди. Одинокий маньяк или сложный заговор спецслужб,...
You will say that I am old and mad, was what Michaelangelo wrote, but I answer that there is no better way of being sane and free from anxiety than by being mad.
Экспериментальный роман американского писателя Дэвида Марксона (1927-2010), признанный классикой постмодернизма. Роман — путешествие в одиночество, куда уводит читателя главная, и она же единственная, героиня безлюдного мира, загроможденного культурным наследием человечества. Спутывая на своей канве множество нитей, выдернутых из биографий и творчества знаменитых художников (композиторов, философов, писателей...), вставляя яркие фрагменты античных мифов, протягивая сквозь них обрывки...
Once, somebody asked Robert Schumann to explain the meaning of a certain piece of music he had just played on the piano.
What Robert Schumann did was sit back down at the piano and play the piece of music again.
Экспериментальный роман американского писателя Дэвида Марксона (1927-2010), признанный классикой постмодернизма. Роман — путешествие в одиночество, куда уводит читателя главная, и она же единственная, героиня безлюдного мира, загроможденного культурным наследием человечества. Спутывая на своей канве множество нитей, выдернутых из биографий и творчества знаменитых художников (композиторов, философов, писателей...), вставляя яркие фрагменты античных мифов, протягивая сквозь них обрывки...
Was it really some other person I was so anxious to discover...or was it only my own solitude that I could not abide?
Экспериментальный роман американского писателя Дэвида Марксона (1927-2010), признанный классикой постмодернизма. Роман — путешествие в одиночество, куда уводит читателя главная, и она же единственная, героиня безлюдного мира, загроможденного культурным наследием человечества. Спутывая на своей канве множество нитей, выдернутых из биографий и творчества знаменитых художников (композиторов, философов, писателей...), вставляя яркие фрагменты античных мифов, протягивая сквозь них обрывки...